Иукена по-новому посмотрела на Уолта.
— Ты полон сюрпризов, маг. Не думала, что ты… — Она оборвала себя и отвернулась.
— Вадлар… Он был бы хорошим… гм… другом, — хмуро сказал Уолт. — Я ведь не сверхсмертный, Иукена. У меня тоже есть чувства. Месть, например.
— Не кажется ли тебе, — не поворачиваясь, сказала Татгем, — что такое волшебство стоит оставить для упыриного бога? Не знаю, что задумал вампир, но Понтей так и не выстрелил.
— Божество не пройдет через портал для смертных, — не отрывая взгляда от бесившегося хоббита, ответил Уолт. — Это волшебство не для Золтаруса.
Он раскрыл Свиток, активируя, и бросил сквозь Щиты к половинчику. Серая Слякоть использовала в качестве гиле воздух: медный круговорот из потоков ветра возник рядом с хоббитом, из него вырвались болотные испарения. Половинчик заверещал, начал бросаться в пространство, но наталкивался на тугое препятствие, отбрасывающее его обратно. Он выглядел как неудачливый отравитель, застуканный отрядом желающих выслужиться перед королем телохранителей за подсыпанием яда в суп монаршей особе. Его все ближе подтягивало к круговороту, и вот после очередной неудачной попытки прыгнуть в пространство хоббита бросило прямо в медное верчение. Он не успел закричать, круговорот с неприятным чавканьем втянул его в себя, будто лакал молоко огромный кот, и половинчик исчез, на этот раз — окончательно.
Что ж, может, Вадлар слегка задержался в своем уходе в Посмертие и теперь дождется хоббита, чтобы всыпать ему как следует.
— Оставайся рядом с Понтеем, — приказал Уолт Татгем, поднимая эфирострел. — Не знаю, как скоро он придет в себя, но ждать нельзя.
— Я пойду с тобой, маг, — угрюмо возразила упырица.
— А Понтея пусть прикончит орк?
Вместо ответа Иукена отвесила Понтею пощечину. И еще одну. И еще. Не щадя. Сива заморгал, посмотрел на нее осмысленно. Иукена отвесила очередную пощечину. Нравится ей это, что ли? Считает, что в прошлый раз мало надавала?
…скаль зубы, Магистр. Может, так станет легче. Цинично смотреть на мир — это всегда легче…
…убог тебя дери, Вадлар…
…ты поэтому себя так вел?..
— Иу…
— Вставай, — резко сказала Татгем. — Делай то, что должен.
— Должен…
— Ты собирался убить Золтаруса, Понтей. Убить бога. Спасти Лангарэй. И мир в придачу. Вставай и идем. Или ты хочешь, чтобы смерти друзей были напрасны?
Понтей вздрогнул.
— Огул Катей Финааш-Лонер.
Понтей отвел взгляд.
— Каазад-ум Шанэ Нугаро.
Понтей стиснул кулаки.
— Вадлар Коби Фетис.
Понтей закусил губу.
— Может, хочешь, чтобы Понтей Нах-Хаш Сива последовал за ними? Думаешь, это поможет их вернуть?
Понтей покачал головой.
— А может, хочешь, чтобы среди них оказалась Иукена Иту-гари-О Татгем?
Понтей ударил кулаком по земле. Сказал тихо:
— Один раз… один раз я уже думал, что тебя больше нет… Не хочу… Не хочу больше…
— Тогда вставай.
Уолт смотрел на них. На упыря и упырицу. На мужчину и женщину. На рожденного пить кровь людей и на ставшую такой по своей воле. На любящих друг друга смертных.
Знакомо. Очень знакомо, не правда ли, Уолт? Чтоб вас, упыри…
Понтей поднялся. Его глаза полнились тьмой и решимостью. Правильно, упырь. Оставь мертвое мертвецам. Живым (пусть и относительно живым) нужно жить. Если надо — мстить. И жить.
Сива протянул руку за эфирострелом. Магистр отдал оружие и понял, что, между прочим, даже не знал, как включать скрытую в «арбалете» магию, а собирался переть на упыриного бога, в принципе надеясь на авось… Совершенно непрофессионально. Гнать таких боевых магов поганой метлой.
Что-то пролетело сквозь Границу и врезалось в дальний холм, который был прямо возле зоны, граничащей, гм, с Границей. Уолт сотворил Вторые Глаза и вгляделся.
И выругался.
— Онтический Эфир снова цел, — мрачно сообщил Магистр. — Этот ублюдок Мастер стоит рядом с Золтарусом и о чем-то с ним говорит. Судя по всему, договариваются. Сволочь, я чувствовал, что ему нельзя доверять!
— Но он спас Иукену, — растерянно сказал Понтей.
Ох, Сива, ты умен, но странной умностью!
— Я ошибаюсь, — сказала Иукена с радостной злобой, — или в качестве подкрепления договоренностей между вампиром и Золтарусом Золтарус решил подкрепиться вампиром?