— Продолжают ли присутствовать в зонах Инфекции Поля Сил? — спросил Джетуш, опередив вопрос Уолта. Такой же, кстати. Может, формулировка была и другая, но суть та же. Другими словами, Магистров интересовало, можно ли продолжать пользоваться какой-либо магией в пораженных Инфекцией землях.
— В корень зрите, Джетуш Малауш Сабиирский, — довольно закивал Глюкцифен. — Да. То, что мы называем Венами Создателя, а вы, маги смертных, зовете Полями Сил, пребывает в зараженных землях. Чары в них можно создать, но это не чары Бессмертных, не чары богов, не наши. Это магия смертных, это Сила, под которую подстроены ваши Локусы Души.
— Значит, вот почему вам понадобился я… — пробормотал наставник.
— Не только, — возразил Глюкцифен. — Есть еще причина… В сторону!!!
«Кит» вздрогнул и резко изменил направление движения. Уолт, не удержавшись, полетел на пол, Эльза сумела усидеть на лавке, наставник вскочил и твердо стоял на ногах. Чуть не выкатившийся из угла Игнасс растерянно поднял голову. Глаза «преподобного» испуганно расширились. Глюкцифен, неожиданно оказавшийся на «потолке» угорра, бегал туда-сюда, схватившись за голову, и причитал:
— Хирурги! Великий Хаос, ну почему именно они? До владений господина осталось уже совсем ничего!
Уолт поднялся. Вопрос: «Что случилось?» — отпал сам собой, когда сквозь прозрачный бок угорра он увидел, что перед «китом» вырастает серая гора, выбрасывая в небо фонтаны камней и целые пласты земли. На фоне этой горы угорр казался ничтожным мальком. Огромная. Невероятно огромная. Ракура невольно вспомнил древесного гиганта, с которым два года назад столкнулся в Лесу карлу. Тот тоже был огромный. И охренительно разрушительный. Положил он тогда чуть ли не всех карлу…
В следующий миг Уолт понял, что навстречу угорру поднимается совсем не гора. Горизонтальная трещина пробежала внизу, почти над самой землей, распахнулась, демонстрируя сотни рядов шевелящихся клыков. На верхушке раскрылись десятки глазниц, которые уставились на угорра серебряными зрачками.
Это была голова!
— Тва́рец и Его Мысли! — в ужасе выдохнула Эльза, глядя на кошмарное создание.
Наставник сохранял спокойствие и неторопливо плел заклинание. Уолт не смог разобрать и половины тех формул мыслеобразов, которые Джетуш использовал. Да уж, вот тебе и без пяти минут кандидат магических наук. Что значит — разница в опыте. Ну и в уровне конечно же.
Тем временем вокруг горы-головы начали падать покрытые огнем каменные глыбы. Некоторые пролетели в опасной близости от угорра, и можно было разглядеть, что они состоят из сотен подвижных частей. «Кит» отчаянно лавировал между пылающими болидами, но их становилось все больше.
— Хирурги! — причитал Глюкцифен, продолжая бегать над магами. — Как они подчинили Преобразованных? И где взяли столько Каменнотелых? Неужели напали на ад иномирья? Но Лорд-Хранитель не простит им! Неужели они не понимают, что после подобного он просто разрушит Врата-в-Лабиринт, а лорд Баалааб никогда больше не допустит Инженера в Подземелье? Клянусь Святой Энтропией, они пожалеют о своем поступке!
— А мы? — Уолт решительно вмешался в словесный поток козлоголового. — Мы пожалеем об их поступке в данный момент?
Глюкцифен остановился и недовольно посмотрел на Магистра. На мгновение пролетавшие рядом пылающие камни осветили козлоголового багровым светом, и Уолту стало не по себе. Внезапно он увидел не кривляку и шута, а разъяренное и готовое к смертельному бою чудовище, перед которым, чего уж там, ни ему, ни даже Земному магу не устоять. Убог-Разрушитель смерил взглядом жалкого смертного, смеющего задавать ему вопросы, и смертный остро осознал и свою смертность, и свою жалкость, и вообще…