Голова налилась сочной болью, чавкающе перебирающей одинокие мысли. Удерживая ряд мощных заклинаний, держа в полной готовности еще десяток не менее мощных, Джетуш выкладывался на полную. Он щедро делился со сформированными чарами Силой, укреплял гиле заклятий неустанным движением ноэзиса — все для того, чтобы наверняка победить.
Как тогда, на Алых Полях. Нет времени на Сакральную Геометрию, нет под рукой надежных амулетов и артефактов, боги не отзовутся, скрытые от молений незримым покрывалом, набрасываемым Гинекеем на захватываемые земли. Жарко там было. Но опаснее? Вряд ли. Все те Твари вкупе с Матроной не сравнятся с Ацедием. Хотя сейчас ему не нужно себя сдерживать, чтобы увидеть, как отреагирует на изменение обстановки Уолт, как поступит ученик, ограниченный в магии и действиях.
Но куда подевался блондин? Неужели удар Силой Фюсиса был для него слишком силен? Что-то не верится. Затаился, ждет… Чего? Следующего шага Джетуша? Подкрепления — если действительно поток чистой энергии Природы оказался ему не по зубам? Гексаграмма продолжала беспрепятственно посылать в дрожащую стену новые и новые импульсы Силы. Казалось, будто еще чуть-чуть — и преграда рухнет, ловушка сломается, можно будет поспешить на помощь ученикам и остальным!
Он решился. Чего бы ни ждал Ацедий, но лично у него не так много времени. Враг желает увидеть, на что способен Земной маг? Хорошо, сейчас увидит!
Джетуш слегка притопнул ногой, заставив землю вокруг заколыхаться, свел руки, покрытые каменными наростами, вместе. После движения ладоней в воздухе застыл порожденный ими эннеариновый след, не спешивший исчезать. Воздух стал подрагивать в такт земле, вспыхивая голубым. Слова сплетались в Высказывания, удерживая Силу, словно туго натянутую тетиву, — и стрела-заклинание, готовая поразить цель, упруго дрожала, собирая накатывающиеся волны Силы в одну точку, острую, словно меч бога войны Мареса. Джетуш работал на ноуменальном уровне создания заклятий, одними мыслеформами творя магию. Так уходило меньше времени на волшбу, пускай и не настолько точную, как если бы он помогал себе внешними ритуальными действиями, но это позволяло на физическом уровне удерживать полное разрушительных заклятий магополе, готовое обрушиться на Ацедия, вздумай тот внезапно появиться. Если они и не удержат парня, то хотя бы задержат.
Так он думал. Нет, так он надеялся.
Под напором энергии Фюсиса стена прогнулась любовницей, приближающейся к пику страсти. Устояв перед стремительным выпадом Фа, куб не выдерживал осады, устроенной по всем правилам магического искусства. Значит, основы не потрясены, и показавшееся чудом все-таки имеет в основании рациональное зерно, только скрыто оно под многими слоями, на преодоление и понимание которых уйдет уйма часов. Будь у него время, Джетуш даже попытался бы разобраться в хитросплетениях чар, породивших куб, но времени не было, совсем не было.
Он слегка развел ладони, между которыми пойманным светлячком затрепетал маленький огненно-красный шарик. Сейчас он помчится в сторону гексаграммы, наполнит ее Силой, достаточной для того, чтобы уничтожить средних размеров поселение — этого должно хватить на то, чтобы вырваться за пределы куба.
Сейчас…
— Поиграли — и хватит, Элемент.
Когда он успел?!
Небрежно разорвав Энергетическое Поле, поплывшее клочьями тумана, Ацедий шагнул к не успевшему отреагировать на его появление Земному магу. Вот только что перед ним никого не было — а вот в течение мельчайшего мгновения времени маленький бесцветный вихрь разросся до размеров врага, и улыбающийся блондин спокойно преодолел магическую защиту, словно и не существовало ее, этой защиты, будто Джетуш не корпел над ней долгими месяцами, оттачивая Поле до совершенства, а работал над ним спустя рукава, точно пьяница-карлик, гулявший на аванс всю неделю, отведенную на заказ, и создавший вещь часа за три до прихода клиента.
Две Четверицы ударили по Ацедию, прежде чем тот подошел к Магистру, но они оказались бесполезными: водяные путы скользнули по ногам и оплыли безвредными каплями, а каменные столбы, потянувшиеся из земли, замерли, когда Ацедий пнул ближайший. При этом он опять что-то шептал, и никакая магия не помогла Джетушу разобрать, что именно.
Гневными богинями, преследующими нарушителя законов смертных и богов, взвыла земля под ногами Магистра, когда тот выпустил шарик прямо в замершего напротив врага. Сконцентрированной в шарике энергии было много, намного больше, чем в потоке, испускаемом гексаграммой в стену, а недавно потока хватило, чтобы уничтожить Ацедия, стереть его, хотя бы и ненадолго, и тогда шарик должен тоже…