«Нет!» — хотелось закричать Нами. Проклятье! Неужели это действительно происходит? Может, он случайно заснул, позволив усталости одолеть его? Может, он спит и видит страшный сон? Нет. Не страшный сон вокруг, а страшная реальность! Если по их душу пришла София, то выбраться будет нелегко… Да нет же, болван, еще хуже: выбраться почти нереально! Кровь Софии отличается от крови Ялдабаота, щедро растрачиваемой им на Двойников. Дочь Змея хитра и расчетлива; согласно хроникам, однажды она в одиночку захватила целый мир, полагаясь на многоходовые интриги, а не на грубую силу.
Но почему? Почему они так легко попались в ее ловушку?! Случайность? Да не бывает таких случайностей! Да, они расслабились, да, они устали, да, они, веря, что встреча с пославшим Видения близко, позволили себе то, чего не позволяли никогда — надеяться…
Или… или западня приняла их уже давно, и сейчас лишь кульминация затянувшегося действия? Слишком легко пали креатуры Кубата. Слишком легко отстала погоня. Они думали, что оторвались от преследования — или им позволили так думать, загоняя в западню. Вполне в духе Софии начать воздействие осторожно, потихоньку, ничтожными долями меняя последовательность событий в свою пользу. Капкан сжимался, сжимался и вот — сжался…
— Подумать только, я и не надеялась поймать вас так легко.
Она появилась из переднего трехлистного угла креста, возможно, чтобы каждый мог видеть ее, возможно, по другой причине. Багровое сияние Знаков оформилось в фигуру, быстро принявшую знакомые очертания. В отличие от младшего брата София не являла собой цветной пример борьбы противоположных начал. Алебастровая кожа, белые волосы, светлые глаза. Худая и щуплая, словно девочка-подросток. Она могла использовать любой женский образ, но, как знал Нами, предпочитала этот, лишь по прямому приказу Брата и Сестры меняя внешний вид. Впрочем, от белого ей невозможно было избавиться ни в одном из ликов. Прикидывайся София хоть младенцем, хоть старухой — везде и всегда он сопровождал ее.
— Так даже и неинтересно, — целомудренно поправив сползшую с плеча тунику, София с сожалением оглядела пойманных. — Я думала, начнется сражение. Я буду нападать, вы будете защищаться. Вы используете Облики и Оружие, я… ну, открывать свои секреты, пожалуй, не стану.
Нами напрягся. Тело сковало холодом, но сознание все так же повиновалось ему! Воля не подчинена, значит, он еще может пытаться бороться, пытаться сбросить оковы чар Софии, пытаться сбросить Личину и дотянуться до Облика…
Дочь Змея лениво вытянула руку перед собой. Кожа на пальцах треснула, плоть разошлась, ярко-алая кровь нитью протянулась к Знакам. В ответ на подпитку крест ярко засиял, и к сковывающему движения холоду добавилась изнуряющая жара, от которой мутило разум. Словно убог Хладного Леса овладел убогиней Огненной Купели, а та пылко раскрылась навстречу его студеной любви, и дуальности сошлись, грозясь породить единство противоположных Сил, превосходящее Разрушением своих родителей.
— Не стоит и пытаться, гомункулусы. — София солнечно улыбнулась — так улыбаются молодые девушки, в чью честь рыцари совершают свои первые подвиги. — Вам ли не знать, на что я способна… Особенно тебе, Аль-сид, моя кровь, моя плоть, моя магия.
О чем она говорит?
— Вы и не знали, да? Ну, Они не любят распространяться о своих замыслах. Не только материя Символов находится в вас, не только высокочастотная энергия Эфира струится по вашим Локусам Души. Наша кровь, кровь Детей Пожирателя Миров, бежит по вашим венам и артериям. Вы созданы для этого забавного мира как наше продолжение, как наши копии, ведь местные боги смогли превзойти заданные им рамки, и нам, Детям Змея, так просто с ними не справиться. Но вы и не подозревали о своей истинной сути, не так ли, подобия?
«Это неважно, София».
— Ты смог преодолеть мой ментальный заслон, Аль-сид? — София удивленно рассмеялась. — Прелестно. Но не думай, что твое, как говорят местные, cogito может потягаться с моими чарами. Не расходуй силы…
«К чему твои слова, София? Зачем тратишь время, наше и свое, и твоих хозяев? Вот мы — беспомощные, плененные. Два-три твоих Слова — и нас не станет, и ты вернешься к Ним с Мечом и Посохом».
— Торопишься в местные посмертия, Аль-сид? Спешишь пообщаться с Ялдабаотом? Думаю, он будет рад тебя встретить. Всех вас. Особенно тебя, Кшанэ. О, он зол. Очень зол. Он, правда, не знал, что в вас течет наша кровь, иначе поостерегся бы так безрассудно бросаться в бой. С другой стороны, Нами, ты смог сдержаться, а на это не рассчитывал никто. Лучший воин Сестры, лучший убийца Сестры — не поддался соблазнам Меча! Думаю, даже Они не рассчитывали на подобное.