Уберхаммер и Асурия поклонились. Покрывшись декариновыми потоками пламени, они исчезли в яркой серебристой вспышке: отправились выполнять приказ повелителя.
— Грисс, Глюкцифен, вы идете со мной. Обсудим… прием гостей.
От Уолта не скрылось, что козлоголовый стал печальнее, подходя к Аваддану. «Может, о его связи с Хоки никто не подозревал, — мелькнула мысль. — Может, он тщательно скрывал родство с Небесным Градом, но теперь ничего нельзя утаить. И не скажешь ведь Лорду-Повелителю: появление бога связано с моими исследованиями в магии крови…»
— Смотрю, из нас смертников решили сделать, — задумчиво пробормотал эльф, когда погас декариновый овал, поглотивший Архистратига с дворецким и секретарем. — Вперед, под огнешары и катапультные ядра! — Светлый выразительно провел ладонью по горлу.
— Лорд Аваддан волнуется, — примирительно загудел Варрунидей, оставшийся с магами. — Оттого резок в выражениях. Но благодаря вам мы продвинулись в понимании сущности Инфекции, и, возможно, ваши услуги вскоре нам не понадобятся. — Поняв, что выразился двусмысленно, убог-чаротворец поспешил заявить:
— Каждый из вас вернется в мир смертных в целости и невредимости.
— Не каждый, — мрачно бросил Джетуш.
— Прошу прощения, — смутился убог. — Мне жаль вашего товарища. Признаться, во время действий вашей команды в Я-Маджире его магия произвела на меня неизгладимое впечатление…
— Нам нужно переодеться и восстановить силы. — Наставник выжидающе посмотрел на Варрунидея.
— Да-да… — Убог торопливо раскрыл тройной портал в предоставленные магам комнаты. — Прошу вас, управьтесь побыстрее. Нам нужно обсудить Инфекцию и ее связь с умной энергией…
— Постараемся, — буркнул наставник.
Эльф первым шмыгнул в межпространственный канал. Фа посмотрела на Джетуша, улыбнулась и скрылась в Переходе.
— Воспользуйтесь заклятием связи, как только будете готовы. — От Варрунидея отделился сияющий клочок кожи и подлетел к Земному магу.
— Всенепременно, — проворчал наставник.
— Тебе записка, — сообщил Земной маг, когда Уолт вышел из портала. Ракура шел последним, и ему показалось, что слоновья голова сверлит его спину пристальным взглядом. Не дай Перводвигатель, учуял Тиэсс-но-Карана! Что делать в таком случае? Соглашаться на предложение Тени? Ха! Тысячу раз ха!
А если от его решения будет зависеть жизнь наставника? Эльзы? Ты ведь должен защищать Деструктора, Уолт. Только толку от защиты, которая потом резво бросится уничтожать сковывающий ее Силу мир…
Джетуш стоял у шкафа и выглядел неожиданно довольным. На одной из полок появились три большие маски: без отверстий для глаз и рта, с длинными, как у тэнгу, носами, блестящие серебром. Уолт глянул на предметы Вторыми Глазами и чуть не ослеп, очутившись посреди настоящей вселенной декарина. Аура Аваддана — и та не полыхала так убоговским цветом.
— Маски Хаоса, — удовлетворенно сказал наставник, проследив за взглядом Уолта. — Аваддан придерживается контракта. Хорошо. Я уже начал бояться, что Лизар прав.
Эльза подошла к шкафу, осторожно потянулась к ближайшей Маске.
— Можно, учитель?
— Не бойся, не укусит. — Джетуш улыбнулся. Спокойствие и хорошее настроение возвращались к нему на глазах. Еще бы. Маски Хаоса, творение неизвестного убога или убогов, позволяли смертным на короткий час стать Бессмертными. Созданные в те часы, когда между Нижними Реальностями и Небесным Градом еще не был заключен Договор, Маски выдавались самым верным приверженцам Разрушения среди смертных. В мире смертных артефакты наделяли использующего их Онтисом; те же из чернокнижников, кто осмеливались обретенной силой пробиться в измерения богов, получали Онтос.
Древние хроники гласили, что один из богов пожертвовал своей жизнью, прокляв Маски Хаоса. Бог отправился в Тартарарам, а время действия Масок ограничилось. Чернокнижники, воздвигающие империи, построенные на жертвоприношениях убогам, пали от гнева Созидателей один за другим. Большинство Масок Хаоса было уничтожено, остальные убоги забрали в Нижние Реальности, храня для Последней Битвы.
— От кого записка? — спросил Уолт, погасив Вторые Глаза. Вне магического взгляда древние могущественные артефакты опасений не внушали.
Так безобидной мартышкой выглядит Тафтиранская обезьяна — один из опаснейших видов нечисти Адских джунглей.