Дожевав куриное крылышко, проглотив кусок хлеба и запив все разбавленным вином, Уолт многозначительно покосился на фурий. Глюкцифен мигом замолк и тут же ретировался, хорошо помня завершение предыдущего разговора, когда Ракура к своему удовольствию и к неудовольствию козлоголового обнаружил, что если попросить Продолжающих, созданных самим Авадданом, вышвырнуть словоохотливого убога за дверь, то те моментально выполнят приказ, не обращая внимания на возмущенные вопли Разрушителя.
Уолт открывал эйдосферу за эйдосферой, совмещая все, что разбирал фон Неймар. Слой знания накладывался на слой знания, значения перехлестывались со смыслом. От нахлынувшей информации заболела голова. В последнее время он вообще с трудом понимал, где находится: в эйдосфере или в предоставленной убогами комнате. Уолт отдыхал, лишь когда уже совсем переставал понимать происходящее, когда потоки знаков и образов слипались в невообразимый сюрреалистический ком, дразнящий Магистра длинным декариновым языком.
На самом деле сейчас тоже надо было отдохнуть и приступить к проверке с ясной головой. Но времени не было. И, кроме Ракуры, проделать ту же самую работу не смог бы никто.
Уолт улыбнулся, вспомнив беспокойство Эльзы…
— Ты не хочешь отдохнуть? — Эльза обеспокоенно смотрела на Уолта.
Магистр покачал головой:
— Нет. Пока нет. Я еще не понял, что обнаружил фон Неймар.
Под внимательным взглядом ар-Тагифаль Ракура быстро сжевал принесенную девушкой еду и вернулся к просмотру эйдосов, стаей воробьев парящих над боевым магом. Акаши старательно предоставила Уолту всю затребованную конклавовцем информацию, включающую в себя не только сведения об Инфекции, добытые до прибытия магов Варрунидеем Асиротом, но и обширные знания о физической и метафизической географии Подземелья, легенды о титанах, убоговских и божественных Рунах, ритуалах, связанных с Бессмертными, и все, что было в библиотеке Аваддана о Конклаве О Верховном совете Акаши выдала Магистру целую гору эйдосов. По здравом размышлении эти сведения Уолт счел предметом личного интереса дознавателя и оставил напоследок.
Вынырнув из эйдосферы, поведавшей об амурных похождениях Лорда-Повелителя Вульзаравула, Уолт понял, что Эльза никуда не ушла. Мало того, девушка протягивала ему пульсирующий синими прожилками сгусток энергии.
— Учитель просил передать гештальт. Варрунидей рассказал об умной энергии, он надеется, что разговор поможет тебе в поисках.
— Извини, — Уолт моргнул и потер глаза. — Я не подумал…
— Ничего. Я понимаю. — Эльза улыбнулась, и магу стало легче. Он дотронулся до гештальта, позволил сгустку растечься по Локусам Души и…
— Лорд Аваддан, как по мне, излишне спокоен.
Джетуш. Варрунидей Асирот. Эльза. Фа. Лизар. Собрались в общем зале. Эльза и Фа сидели за круглым столом, Джетуш нервно расхаживал, Лизар, сложив руки на груди, стоял в углу. Чаротворец Архистратига парил над столом.
— Поймите, у Лорда имеются причины для спокойствия, — ответил Варрунидей. — Теперь нет сомнений, что Инфекция искусственный феномен. Ее можно остановить и уничтожить. И кто бы ни стоял за происходящим — он боится Лорда. Значит, Лорд сильнее. Значит, Лорд может его уничтожить.
— То, что убийца Игнасса скрывал свою Силу, не означает, что он слабее. Архимаг, например, может утаить Локусы Души так, что никто их не заметит.
— Это мортецентризм. Сильный убог, как бы ни старался, никогда не сможет скрыть свою Силу от убога слабее его. Младший убог знает, что перед ним Старший убог. Равные чувствуют друг друга. И только слабый может спрятать свою ауру. Убийца вашего ученика слабее Лорда.