Король Франции должен был дать королю Наварры 38 тысяч турских ливров в виде ежегодных выплат, которые король Наварры должен был получать из казначейства в Париже, вместо тех земель, что по соглашению, заключенному их королевскими предками, предназначались ему за графство Шампань, а также в счет приданного при заключении им брака с дочерью короля Франции, которое ему обещали в виде земель, дающих 12 тысяч ливров годового дохода. Король Наварры желал обладать сеньорией Бомон-ле-Роже (Beaumont-le-Roger) 53, землями Бретой (Breteuil) 54 в Нормандии, Конш 55 и Орбек (Orbec) 56, виконтство Пон-Одмер (Pont-Audemer) 57 и бальяж Контантена, на что король Франции дал согласие, хотя первые четыре владения принадлежали брату короля, герцогу Орлеанскому, и он дал ему вместо них другие. Ради мира, король также согласился на то, чтобы все Аркуры и другие его союзники, держали бы от него, как от своего сеньора, все земли, зависимые от Наварры, в какой бы части Франции они не располагались, и им предоставлялся выбор по их желанию, принести за них ему оммаж. Король Наварры добился также того, что эти земли, а также и те, которыми он владел прежде, будут держаться им в качестве герцога Нормандского. Король Франции согласился простить всех, кто был замешан в смерти коннетабля и клятвенно обещал, что ни сейчас, ни впредь, никто не будет требовать от них возмещения за это деяние. Вдобавок, король Наварры получил от короля Франции большую сумму золотых крон, и перед тем, как явиться в Париж, он заставил короля послать ему, в качестве заложника, его второго сына, графа Анжуйского.
Когда он приехал в Париж, то его сопровождал большой отряд воинов. 4 мая он явился к палате парламента, где восседал король, окруженный многими пэрами Франции, членами парламента и некоторыми членами его совета. Кардинал Булонский тоже находился там. Король Наваррский умолял короля Франции простить ему смерть коннетабля, утверждая, что у него были веские основания так поступить, и их он предложил изложить перед королем сейчас или в любое другое время. Он поклялся, что поступил так никак из неуважения к королю Франции или к самой должности коннетабля, и добавил, что он ничего не боится больше того, чем навлечь на себя гнев короля. После этого сеньор Жак де Бурбон, коннетабль Франции, по приказу короля подал свою руку королю Наваррскому и отвел его в сторону. Вскоре после этого, королева Жанна, тетка короля Наваррского, и королева Бланка, его сестра, первая из которых была женой короля Карла Красивого, а вторая - недавно скончавшегося короля Филиппа, подошли к королю и отвесили ему низкий поклон. Мессир Режиналь де Три, упав на колени сказал: «Мой наидоблестнейший сеньор, вот мои дамы - королевы Жанна и Бланка, которые прослышали, что монсеньор Наваррский находится у вас в немилости, и они очень переживают из-за этого. Они умоляют вас проявить доброту и простить его, и если, это угодно Богу, он в будущем будет поступать так, чтобы были удовлетворены и вы и весь народ Франции».
Затем коннетабль и маршалы отправились за королем Наваррским, который, вновь представ перед королем, встал между двух королев, пока кардинал говорил следующее: «Монсеньор Наваррский, никто не должен удивляться, если мой сеньор, король Франции, чувствует себя оскорбленным за совершенное тобой преступление. Мне нет необходимости называть его, так как ты совершил его столь открыто, и рассказал о нем в своих письмах, и показал иным образом, что оно известно всем. Ты стольким обязан ему, что никак не должен был этого делать. Ты - его кровь, очень близкий его родственник. Кроме того, ты его вассал и один из его пэров, и еще ты супруг его дочери, и посему это преступление достойно гораздо большего порицания. Однако, из любви к тебе, и из чувств, которые он питает к мадам королевам, здесь присутствующим, которые самым настоятельным образом заступаются за тебя, и поскольку он верит, что ты совершил это преступление из-за плохих советчиков, он сердечно и готовностью прощает тебя». После этого, две королевы и король Наваррский упали на колени и возблагодарили короля. Кардинал добавил, «что в будущем, если тот или иной королевский родственник пожелает совершить такое же преступление, какое совершил король Наваррский, и даже если случиться, что он будет королевским сыном, но если он оскорбит или нанесет ущерб самому низкому служителю короля, то он точно будет наказан». На этом суд завершился 58.