Когда находившиеся в Париже французы увидели, что король Англии снялся с лагеря, то несколько молодых рыцарей собрались вместе и сказали друг другу: «Для нас будет добрым делом выйти тайком наружу и последовать за армией англичан, чтобы посмотреть, нельзя ли будет чего-нибудь добиться». Они сразу же пришли к такому мнению, так что мессир Рауль де Куси, мессир Рауль де Равеналь, сеньор де Монсо (de Monsault), сеньор де Элэй (de Helay), коннетабль Бовези, бег (le begue) де Виллэн (de Villaines), сеньор де Босьер (de Beausiers), сеньор де Ульбарен (Ulbarin), мессир Говэн де Валуэль (Gauvain de Valouel), мессир Фламан де Руайе, мессир Азелле де Кавилли (Azelles de Cavilly), мессир Пьер де Формуаз (de Fermoises), Пьер де Савуазье (de Savoisies), а ними и свыше сотни хорошо вооруженных копий вышли из города с добрым намерением что-нибудь совершить, но сначала они должны были найти возможность для этого. Они взяли путь на Бург-ла-Рейн, миновав который, вышли в открытое поле и, двинувшись по следам коней и армии англичан, они проехали мимо засады капталя и его отряда.
Как только они миновали засаду, позади них из нее вышли англичане и гасконцы и, держа копья наизготовку, издали свой боевой клич. Французы обернулись, удивляясь, кто бы это мог быть, но быстро обнаружили, что это враги. Они немедленно остановились, выстроились в боевой порядок, и с копьями наперевес, приготовились встретить англичан и гасконцев, которые вскоре с ними сошлись. В первой схватке с обеих сторон многие были выбиты из седел, поскольку обе стороны были хорошо вооружены. После этой схватки он вытащили свои мечи и напали друг на друга плотнее, много тяжелых ударов было нанесено и совершено множество воинских подвигов. Эта атака длилась значительное время, и поле сражения оспаривалось столь хорошо, что трудно было сказать, за кем из двоих должна была остаться победа. Особенно блистал капталь де Буш и своей рукой совершил много деяний достойных доброго рыцаря. Однако, в конце концов, англичане и гасконцы сражались так доблестно, что поле боя осталось за ними, и их было более, чем в половину больше, чем французов.
Сеньор Капрени (de Campreny) показал себя самым доблестным рыцарем со стороны французов и славно сражался под своим знаменем, а его знаменосец был убит. На его знамени были изображены красные застежки между 6 черными ласточками, 3 снизу и 3 сверху, на серебряном поле. Сеньор де Капрени был взят в плен. Остальные французские рыцари и оруженосцы, которые увидели неудачу своей попытки и то, что они не могут поправить положение, пустились к Парижу, сражаясь при отступлении, а англичане очень энергично их преследовали. Во время этого отступления, которое продолжалось до Бург-ла-Рейна, было взято в плен 9 рыцарей, как добрых баннеретов, так и прочих, и если бы англичане и гасконцы, которые преследовали их, не побоялись, что из Парижа и другие могут выйти к ним на помощь, то ни один не избежал бы смерти или плена. Когда это предприятие закончилось, они вернулись к Монлери, где находился король. Они доставили с собой пленников, с которыми обращались очень любезно и, получив за них прекрасный выкуп, тем же вечером позволили им вернуться в Париж или куда еще они пожелают, взяв с них слово чести относительно гарантии выкупа.
Намерением короля Англии было войти в плодородное графство Бос, и все лето следовать по течению Луары, а после августа дать отдых и восстановить силы своей армии в Бретани. И как только закончится сбор урожая, который по всему обещал быть обильным, он намеревался вновь вернуться и осадить Францию, а именно - Париж, ибо, как он о том публично заявлял при отплытии, он не хотел возвращаться в Англию, пока не осуществит завоевания этого королевства и не оставит гарнизоны, которые вели бы во Франции войну от его имени - в Пуату, Шампани, Понтье, Вимо, Вальгуэссене (Valguessin) 94, в Нормандии и по всему французскому королевству, за исключением тех городов и местечек, которые покорятся ему добровольно.
Герцог Нормандский в это время находился в Париже, вместе со своими двумя братьями, своим дядей, герцогом Орлеанским, и всеми главными советниками государства, которые, хорошо знали храбрость короля Англии и о том, как он грабит и истощает все французское королевство, и знали также, что такое положение не может долго продолжаться, так как доходы и ноблей, и духовенства, как правило, им не поступали. В это время, канцлером Франции был очень мудрый и доблестный человек, чье имя было Гильом де Монтагю, епископ Теруэнна (Therouenne) 95, и королевство управлялось согласно его рекомендациям, и каждая его часть получала его добрые и верные советы. При нем состояли два клирика большого ума, один был аббатом Клюни, а другой - братом Симоном де Лангром (de Langres), который был главным монахом-проповедником и доктором богословия. Эти два только что поименованных клирика, по просьбе и приказу герцога Нормандского и его братьев, герцога Орлеанского их дяди, и всего большого совета, выехали из Парижа с определенными мирными предложениями. Их сопровождал мессир Гуго Женевский, сеньор Отенский. Они поехали к королю Англии, который опустошал Францию около Галардона (Gallardon) 96.