Герцог Нормандский узнал, что король Наваррский собирает большой отряд воинов, и что командовать ими должен капталь де Буш. Поэтому, он принял решение и написал мессиру Бертрану дю Геклену, приказывая ему и его бретонцам оказать сопротивление наваррцам, и о том, что он вскоре пошлет ему достаточно подкреплений, чтобы предложить сражение войскам короля Наваррского. В это же время он приказал сеньору де Бусико оставаться в Манте и Мелане. Мессир Бертран и его бретонцы ушли оттуда и расположились около Вернона. Несколько дней спустя герцог Нормандский послал к нему нескольких знатных воинов, таких как граф Осеррский, виконт де Бомон, сеньор де Боже, сеньор Луи де Шаттлон (de Chatellons), архипресвитер, начальник арбалетчиков и многих рыцарей и оруженосцев.
Около этого времени к герцогу Нормандскому пришли на службу несколько рыцарей из Гаскони, среди который были сеньор д`Альбре, мессир Эймон де Поммьер, сулдиш де л`Эстрад 5, мессир Птитон де Куртон (Petiton de Courton) и некоторые другие. Герцог Нормандский чувствовал себя очень обязанным им за то, что они пришли на помощь, и просил их идти в Нормандию, против его врагов. Вышеупомянутые сеньоры с готовностью повиновались, и выстроив своих людей в надлежащем строю, отправились в Нормандию, за исключение сеньора д`Альбре, который остался с герцогом, но и его войска тоже ушли в поход.
В это время с французских границ Бретани появился рыцарь по имени Бомон де Лаваль (Beaumont de Laval) и пошел на Эврё, имея под своим началом примерно 40 копий. В то время в городе посчастливилось быть молодому рыцарю, мессиру Ги де Гравиллю, который как только услышал сигнал тревоги, сразу поспешил вооружиться, приказав всем воинам гарнизона сделать то же самое. Те быстро облачились в доспехи и устремились за ним. Но мессир Бомон уже добился успеха в своем деле. Однако, насколько быстро позволял его конь, мессир Ги де Гравилль подъехал достаточно близко к месту схватки и закричал: ««Бомон, вы не должны уйти отсюда просто так. Люди из Эврё должны с вами поговорить, так как хотят получше с вами познакомиться». Когда мессир Бомон услышал, что его вызывают таким образом, то он повернул своего коня, опустил копье и ринулся прямо на мессира Ги. Эти два рыцаря встретились друг с другом с такой силой, что их копья разбились в щепки об щиты, но они так твердо сидели в седлах, что никто не был сброшен с коня, и они проскакали мимо друг друга. Развернувшись, они схватились за мечи, и в это же время их сотоварищи вступили друг с другом в столь яростный бой, что в ходе его, с обеих сторон, многие были сброшены с коней. Бретонцы самым верным образом выполняли свой долг, но под конец они не смогли удержаться, так как число их врагов все время возрастало, и все они были либо убиты, либо пленены, не спасся никто. Мессир Бомон де Лаваль был взят в плен мессиром Ги де Гравиллем и в качестве его пленника, доставлен в замок Эврё, где он был заточен вместе с другими пленниками. Так закончилось это дело, за которое мессир Ги премного вознагражден и снискал любовь короля Наваррского и жителей Эврё.
Глава 221.
Король Кипрский возвращается в Париж. Похороны короля Иоанна в Сен-Дени. Капталь де Буш нападает на мессира Бертрана дю Геклена.
Король Кипрский, который тогда вернулся из Аквитании, приехал встретиться с королем, который прежде носил титул герцога Нормандского. Два его брата, герцог Анжуйский и сеньор Филипп, ставший герцогом Бургундским, находились вместе с герцогом, ожидая тело их отца, которое находилось в дороге из Англии. Король Кипрский выразил очень сердечные соболезнования по поводу их утраты, и сам был весьма опечален смертью короля Франции, так как его поход теперь должен был быть отложен. В знак траура он облачился в черное. 6
Когда тело короля Франции, которое было забальзамировано и помещено в гроб, в сопровождении сеньора Жана д`Артуа, графа Даммартеном и великого приора Франции, приблизилось к Парижу, то герцог Нормандский, его братья, король Кипрский и большая часть парижского клира отправились его встречать пешком в Сен-Дени. Когда тело было доставлено туда, оно было похоронено с великой торжественностью, и погребальную мессу отслужил архиепископ Санский. После завершения службы и обеда (который был весьма великолепен) великие сеньоры и прелаты вернулись в Париж. Состоялось много совещаний по поводу состояния королевства, которое не могло надолго оставаться без короля, и прелатами и ноблями было решено, что они должны немедленно ехать в Реймс. Герцог Нормандский (пока именно таков был его титул) написал своему дяде, Венцеславу, герцогу Брабантскому 7 и Люксембургскому, а также своему кузену, графу Фландрскому 8, с просьбой приехать на коронацию, которая была назначена на приближающийся день Св. Троицы 9.