Герцог Анжуйский оставался очень спокойным и не делал ни малейшего движения, несмотря на те призывы, что он слышал, поскольку король Франции строго приказал ему не вести войну, ни против принца Уэльского, ни против его подданных, до тех пор, пока он не получит от него положительные приказы как следует поступать.
Глава 251
Король Франции привлекает на свою сторону нескольких капитанов вольных рот. Он посылает свой вызов королю Англии.
Все это время король Франции тайком умело привлек на свою сторону нескольких капитанов вольных рот и других приверженцев английской партии, которые поднялись по реке Луаре и находились в пределах Берри и Оверни, где король Франции дал им разрешение обосноваться. Ни одна рота во Франции не находилась в движении, так как король все еще не желал, чтобы его имя упоминалось в связи с этой войной, дабы не навредить своим делам, и дабы не упустить графство Понтье, которое он очень желал вернуть.
Ведь если бы король Англии прознал, что король Франции затевает войну, то он мог бы легко предотвратить потерю Понтье, усилив англичанами и другими своими приверженцами гарнизон Абвиля. И если бы поступил подобным же образом со всеми другими местными гарнизонами, то он бы остался хозяином всей этой страны. В это время у короля Англии на должности верховного сенешаля Понтье был добрый английский рыцарь, которого звали сэр Николас Лувейн (Nicholas Louvain), и к которому король питал большое доверие, и по праву, так как тот скорее оторвал бы себе руки, чем совершил бы какое-нибудь трусливое или недостойное дело.
В это время король Франции послал в Англию графа Зальцбургского и мессира Гийома де Дормана, чтобы представить королю и его совету протесты и жалобы по поводу тех областей Франции, которые и раньше и теперь все еще сильно страдали как от ежедневных набегов вольных рот, которые во течение последних 6 лет вели войну во Франции, так и от других притеснений, о которых знали король Франции и его совет, и их очень не удовлетворяло, то, что король Англии и его старший сын, принц Уэльский, действуют только так, как это угодно им. Эти два лица оставались в Англии на протяжении 2 месяцев, и в течение этого времени, они предлагали королю различные договоренности и приводили резоны, что часто заставляло его бывать не с духе и в раздражении. Но его настроению они не уделяли много внимания, так как получили инструкции от короля Франции и его совета о том, как действовать, и что говорить.
Когда король Франции получил такие сведения, от которых многое зависело, а именно, о том, что жители Абвиля в своих сердцах остаются французами, что началась война в Гаскони, что все воины французского королевства готовы и жаждут вести войну против принца Уэльского и вторгнуться на его земли, то он озаботился тем, чтобы на него не могло пасть никакого упрека, ни сейчас, ни позже, в том, что он приказал своей армии вторгнуться на земли короля Англии или принца Уэльского, чтобы взять большие и малые города, замки или крепости, не послав им предварительно вызова. Поэтому он решил послать вызов королю Англии, что он и сделал с помощью скрепленного печатью письма. Его доставил один из его пажей, родом из Бретани. Он встретил в Дувре графа Зальцбургского и мессира Гийома де Дормана, которые возвращались из Англии во Францию, выполнив то поручение, с которым были посланы. Согласно полученным им приказам, бретонец рассказал им о том, что он везет. Как только они об этом услышали, то как можно скорее отплыли и переправились через море. Они были очень счастливы, когда оказались в городе и в крепости Булони.
Около этого времени, по поводу дел, касавшихся Аквитании, в качестве посланца принца Уэльсокого, в папе Урбану V, был послан в Рим маршал Аквитании мессир Жискар д`Англ. Он застал папу очень любезным при выполнении тех просьб, с которыми он к нему приехал. При возвращении он впервые услышал известия о ведущейся с принцем войне, и о том, что французы вторглись в его владения. Он был этим очень удивлен и засомневался, сможет ли продолжить свое путешествие. Однако, все же он поехал к любезному графу Савойскому, которого застал в городе Пиньероль, в Пьемонте, ведущим войну с маркизом Салуццо. Граф Савойский с большим удовольствием принял мессира Жискара и его отряд. В течение 2 дней он принимал их с большим великолепием и подарил им прекрасные подарки, особенно мессиру Жискару, которому досталась большая их часть, так как любезный граф сильно его уважал за то, что он был отважным рыцарем.