Пока французы и бретонцы решали, каким образом будет лучше всего начать приступ, прибыл со своим отрядом сэр Джон Чандос, его знамя было развернуто и развевалось на ветру. Его нес доблестный воин по имени Джеймс Аллен, и на нем был изображен красный столб на белом поле. Его отряд насчитывал около 40 копий, которые очень жаждали встретиться с французами. Как только англичане достигли небольшого бугра, примерно в трех фарлонгах от моста 90, французские слуги, что находились между бугром и мостом, увидели их и, сильно испугавшись, сказали: «Пойдем прочь, давайте спасаться и спасать наших коней». Поэтому они бежали прочь, предоставив своим хозяевам выкарабкиваться из этого положения, кто как сможет. Когда сэр Джон Чандос с развернутым знаменем подъехал к французам, которых он думал легко одолеть, он начал с высоты коня ругать их, говоря: «Вы слышите, французы! Вы - озорные воины, вы совершаете в свое удовольствие набеги днем и ночью, вы берете города и замки в Пуату, сенешалем которого я являюсь. Вы без моего дозволения берете деньги с бедных людей, как будто бы это ваша собственная страна, но, клянусь Богом, это не так. Мессир Луи, мессир Луи, вы и Карне - вы большие господа. Уже свыше полутора лет я стараюсь встретиться с вами. Теперь, слава Богу, я это сделал и выскажу вам свое мнение. Теперь вы испытаете на себе, кто сильнее в этой стране. Мне часто говорили, что вы очень хотите меня увидеть, теперь у вас есть это удовольствие. Я - Джон Чандос. Хорошенько на меня посмотрите, и если будет угодно Богу, мы сейчас докажем справедливость ваших великих подвигов, о которых столько говорят». Сэр Джон приветствовал их такими или подобными словами. Он не желал бы видеть никого кроме них, и он очень хотел с ними сразиться.
Мессир Луи и Карне построили плотный отряд, поскольку хотели сражаться. Лорд Томас Перси и англичане на другой стороне моста ничего не знали о том, что произошло, так как мост посередине был очень высок и мешал им видеть поверх его. В то время, пока сэр Джон Чандос так насмехался над ними, Бретон вытащил свой меч и не смог удержаться от того, чтобы не начать бой. Он ударил английского оруженосца по имени Симкин Доденхейл (Simkin Dodenhale) и ударил его своим мечом в грудь так сильно, что сбил его с коня на землю. Сэр Джон Чандос, который услышал шум перед собой, повернулся и увидел своего оруженосца на земле и человека, бьющего его. Это разъярило его еще больше прежнего, и он сказал своим людям: «Мессиры, что вы собираетесь делать? Как вы терпите, что этого человека убивают? Спешивайтесь, спешивайтесь», и немедленно он оказался на ногах, так же как и весь его отряд. Симкин был спасен, и бой начался.
Сэр Джон Чандос, который был сильным и храбрым рыцарем и хладнокровным во всех своих предприятиях, приказал нести перед собой знамя в окружении своих людей, вместе с дощечкой с его именем поверх герба. Сам он был одет в длинную мантию, спускавшуюся до земли, и украшенную его гербами, вышитыми на белом щелке - серебряное поле с красным заостренным столбом. Один герб был на груди, а другой на спине. Так он проявил свое решение принять участие в этом, несколько безрассудном деле, и в таком виде, с мечом в руках, он двинулся пешим на врага.
Этим утром был иней, который сделал землю скользкой, так что пока он шел, его ноги запутались в мантии, которая была слишком длинной, и он споткнулся. В это время оруженосец по имени Жак де Сен-Мартен (сильный и опытный человек) нанес ему удар копьем, который поразил его в лицо ниже глаза, между носом и лбом. Сэр Джон Чандос не видел, откуда наносится удар, так как потерял глаз с этой стороны еще 5 лет тому назад, на пустошах Бордо, во время преследования оленя. Вдобавок к несчастью, сэр Джон не опустил забрала, так что, спотыкаясь, он еще и напоролся на копье и помог ему пронзить себя. Копье, которым был нанесен удар сильной рукой, поразило его столь серьезно, что проникло до самого мозга, а затем оруженосец его выдернул.
Огромная боль пронзила сэра Джона, так что он упал на землю и дважды перевернулся в сильной агонии, как те, кто получают смертельные раны. В самом деле, получив удар, он больше не произнес ни слова. Увидев это несчастье, его люди словно обезумели. Его дядя, сэр Эдуард Клиффорд, поспешно вышел вперед и перешагнул через тело (поскольку французы попытались завладеть им) и защищал его самым доблестным образом и наносил такие точные удары своим мечом, что никто не осмеливался к нему приблизиться. Два других рыцаря, а именно, сэр Джон Чамбо (Chambo) и мессир Бертран де Кассилье (Cassilies) были как безумные, видя своего хозяина лежащим на земле.