С утра пораньше вино на голодный желудок — плохая практика. Но теперь, ощущая лёгкое опьянение, Габи по крайней мере смогла утихомирить свои чувства. С такими бурными эмоциональными всплесками надо что-то делать. Если она сорвётся — загубит и себя и Гая. Ладонь просто выжжет её, а Лайлах от своего не отступится и всё-таки запихнёт в Лабиринт вора. Но если всё время полагаться на выпивку, то даже за такой короткий срок можно спиться, что тоже не выход из положения. Во двор въехала карета. Её сопровождали трое вооруженных всадников. Вновь появился юноша-слуга с клеймами-татуировками. Дверца кареты распахнулась, и из неё выбралась девочка лет четырнадцати. Увидев парня с пепельными волосами, подбежала к нему. Голосом, полным жалости, протянула: — О! Яро! — Тонкими пальчиками коснулась его подбородка. Достала кружевной платок и хотела отереть кровь. — Опять? Да? — Ничего страшного, Тайли. Не стоит так обо мне беспокоиться. Он ласково улыбнулся, словно младшей сестрёнке, но руку девочки остановил с достаточной твердостью. Трое всадников, сопровождавших карету, явно охрана, своих скакунов не решились доверить никому. Сами повели в конюшню. Девочка-камеристка и парень-слуга принялись разгружать карету. На удивление, вещей оказалось немного. Они прошли мимо Габриэлы. Габи уже допила вино, но уходить не хотелось. Спустя немного времени вышел слуга с клеймами и занялся каретой. Немного понаблюдав за этим процессом, женщина решила, что стоит наконец-то чего-нибудь поесть. Но промедлила с осуществлением задуманного и была наказана. Во дворе внезапно появился Лайлах. Спешившись, он бросил поводья сопровождавшему его эльфу. Стремительно поднялся по ступенькам и остановился почти вплотную к Габриэлле. — Как верный телохранитель волнуешься за своего ла'дрэ? — в голосе какие-то неясные интонации — то ли сарказм, то ли раздражение. Мгновение помедлив, женщина опустила глаза и склонила голову, тут же почувствовала, как сильные холодные пальцы сомкнулись на её шее сзади. И если Габриэлла, как полукровка, не смотря на кажущуюся хрупкость, по силе превосходила большинство мужчин, то хватка Лайлаха была железной. Если бы эльф захотел, мог бы, не особо напрягаясь, сломать сейчас ей шею. А так только синяки останутся. Не делая попытки вырваться, Габриэлла почувствовала на грани подсознания нечто, отдаленно напоминающее недовольство — ла'тах сейчас ощущал угрозу для своего носителя, следовательно и для себя. Ибо они были настолько тесно связаны, что смерть одного так же означала и окончание жизненного пути другого. Последние дни Габи почти постоянно приходилось контролировать симбиота. Это выматывало.
Лайлах развернул её голову так, что ухо женщины оказалось рядом с его губами. — Попрошу с этого дня без моего разрешения ни капли спиртного. Мне бы не хотелось, что бы ты спилась... От горя. Он разжал пальцы и вошёл в дверь гостиницы. Габриэлла втянула носом воздух и задержала дыхание на долгих пять секунд. Когда выдыхала сквозь стиснутые зубы, подняла голову и натолкнулась на внимательный взгляд паренька с клеймом. Он тут же сделал вид, что случайно проходил мимо. Габи резко развернулась и толкнула тяжёлую дверь. Эльфы испарились, но Алк всё так же продолжал дегустировать любимый им напиток. Увидев её, хлопнул ладонью по столу и развязно махнул рукой. — Присоединяйся! Габи села напротив. Возле стола тут же появилась дочь хозяина. Получила заказ на жареного зайца и новый кувшин вина и быстро умчалась на кухню, не забыв перед этим стрельнуть в Тар'Траса озорными глазами. Вернулась она довольно быстро. Кувшин тут же загреб себе Алк. К зайцу прилагались большой пук зелени и теплые сырные лепешки.
Тар'Трас дёрнулся было поделиться вином с Габи, но та тут же отняла у него свой стакан. Быстро проглотила полупрожёванный кусок мяса. — Я не буду пить. Алк откинулся назад, упёршись спиной в стену. — Что, хозяин запретил все удовольствия, оставив на замену лишь себя, любимого? Габи не отреагировала на подначку. — Может и тебе хватит? Такими темпами ты к вечеру напьёшься, как последний подмастерье, а утром либо на своей лошади не усидишь, либо она подохнет от твоего перегара. — А вот и нет, — состроив довольную морду, не согласился с ней Алк. — У Лайлаха планы изменились. Он столкнулся тут с одной знакомой. Ты должна была её видеть. Дамочка в мужском костюме. Из высшей знати, судя по её манере поведения. — Судя по твоей манере поведения, ты — разорившийся дворянчик, пропивающий последние папины денежки, а я — воровка, родившаяся в квартале бедняков. В нас с тобой высшую знать рассмотреть довольно-таки трудненько, — ехидно парировала женщина, желая поддеть Алка.