— Нет, Рогнеда, я не знаю всего о Наставнике. Но раз вы заговорили об этом, то возможно расскажете мне ради каких-то своих целей. Ведь вы не просто так завели разговор об Ингваре, не так ли?
— Верно, мой юный друг, — тональность голоса Рогнеды перешла в другую крайность, напоминая теперь воркование заботливой сиделки. — Просто так я никогда и ничего не делаю, глупо было бы скрывать это от тебя, пытаясь убедить в своем желании помочь из чистого альтруизма. Вот только цели свои я тебе говорить не собираюсь, уж извини за откровенность, — лично я в этом и не сомневался. — Так что можешь поинтересоваться у своего Наставника, какое занятие составляет его основную деятельность в Саббате. Разговор окончен.
С этими словами она хлопнула в ладоши. Скорее всего это был заранее оговоренный сигнал, так как открылась дверь, ведущая обратно в подземные лабиринты. Что же, здесь я узнал все, могущее понадобиться, осталось только грамотно воспользоваться полученными сведениями и ни в коем случае не идти по пути, предлагаемому Рогнедой. Старая интриганка использует меня в своих целях, я же вряд ли сумею сделать с ней то же самое. Риск слишком велик…
Обратный путь не был чем-либо примечателен, в сопровождении одного из Носферату я и Золтан вскоре оказались все у того же канализационного люка, через который мы и вошли в подземелья. Велико же было мое удивление, когда я увидел машину Ингвара и его самого, причем в донельзя эмоциональном состоянии. И какого его сюда принесло, он что, не мог дождаться нашего возвращения? Неужели стряслось нечто донельзя серьезное, причем требующее моего присутствия? Нет, гадать тут бесполезно, легче подойти и спросить напрямую, что я и не преминул сделать:
— Что произошло? Неприятности или просто сведения, которые необходимо срочнейший образом проверить?
— В машину, быстро! — змеюкой подколодной прошипел Ингвар. — НЕ стоит говорить там, где могут быть посторонние уши.
Это верно, Носферату любят снимать пенки с любого дерьма, подслушивать же чужие разговоры для них и вовсе излюбленное занятие, порой приносящее неплохие дивиденды. Едва я успел сесть в машину, как сидящий за рулем незнакомый Сородич из нашего клана рванул с места с такой скоростью, словно мы принимаем участие в гонках.
— Рассказывай, — спустя пару секунд после столь быстрого старта нарушил тишину Ингвар. — Кратко, не вдаваясь в подробности.
Ладно, это мы можем. Пересказав ему весь свой разговор с Рогнедой, в качестве завершения я предложил на его суд свое понимание сложившейся ситуации:
— Вы были правы, Наставник, первоначальную бучу подняли Гангрел, но не все так просто. Следы действительно ведут в Саббат и скорее всего к Ласомбра, но вот дальше становится совсем интересно… Рогнеда назвала имя Драгутина, но не учла одного факта — Драг при всем желании не смог бы осуществить сколь-либо хитрый план, он еще до сих пор не привел в порядок свои мозги после выкапывания из могилы. Мой приятель импульсивен, резок, практически не умеет скрывать эмоции. Он бы просто не сумел втираться в доверие к Гангрел, одновременно мечтая прикончить их во славу церкви, такое ему не по плечу, выдал бы себя практически моментально. И вообще, к церковникам он не имел ни малейшего отношения, разве что в глубоком детстве намазал клеем сиденье стула, на котором силед святоша, преподававший в их школе основы своей религии. За этот фокус Драг получил такую хорошую порку, что с тех пор предпочитает обходить стороной все связанное с религией. Какое уж тут сотрудничество, — возмущенно хмыкнул я.
— Любопытно, — процедил Ингвар. — Похоже, ты действительно основываешься не на эмоциях, а на знании психологии, что позволяет с большой степенью уверенности предположить те или иные действия изучаемого объекта. Но как тогда ты можешь объяснить то, что Драгутин на самом деле был замечен в окружении Гангрел?
— Легко и непринужденно. Драг, несмотря на все его недостатки, достойный Сородич, преданный своему клану, а значит готов исполнять все данные ему приказы. Вот только неплохо было бы ему иногда задумываться об их истинном смысле — слепое повиновение до добра не доводит. Хотя, ему наверняка придумали какую-то правдоподобную легенду, после чего он понесся исполнять приказ с еще большим воодушевлением.
— Кто, по твоему мнению, мог это сделать? — в интонации Ингвара проскользнула легкая тень любопытства.
— Теоретически кто угодно из вышестоящих в иерархии. Но это теоретически… — тут я на несколько секунд замолчал, собираясь с духом чтобы высказать довольно смелое и рискованное предположение. — Наставник, я никого не хочу обвинять без веских причин и доказательств, но все ниточки сходятся на одной персоне и это отнюдь не Драгутин. Он всего лишь подставная фигура, жертва, предназначенная нам. И вновь я возвращаюсь к вопросу: "Кто мог приказывать Драгутину?" Но приказывать так, чтобы он никому не сообщил.