Во время странствий гвардейцам приходилось выполнять не только работу, связанную с охраной королевского рода, но и мелкие поручения, что давали им потомки Трора. Тогда-то и начались у короля приступы, если он видел сына «главного изменника», то есть Фарина. Он вопил, как ненормальный, и долго его не получалось успокоить. В конце концов Траину это надоело, и вскоре он и вся его семья стали ненавидеть Фарина. Ничего нельзя было сделать, ведь закон гласил, что освободить его от службы могла только смерть или сам король, но тот и слышать не желал его имя.
Шли годы, изгнанники осели в Дунланде, припадкам короля не было предела, а Фарин держался молодцом. Когда терпение у Траина закончилось, он отправил ненавистного гнома на дальние опорные пункты новых территорий — оказывать помощь обычным пехотинцам и обучать их. Там гвардеец проявил себя как настоящий боец. Он не раз выручал солдат в бою против дикарей, которые регулярно совершали набеги. Пехота его и полюбила.
Король какое-то время не видел Фарина и, видимо, совсем забыл про него. Его состояние значительно улучшилось, и однажды Трор отправился навестить посты, что стояли на границе их владений, и приободрить солдат. На строевом смотре он лично обходил воинов, но про Фарина тогда не вспомнили, и король случайно его увидел. Началось нечто, все видели этот приступ бешенства. Растеряв остатки самообладания, Трор принялся кричать во всю глотку: «Предатель! Сын предателя! Высечь его!»
Воины гарнизона были обескуражены. Короля быстро увели, а Фарину приказали больше никогда не снимать шлем с головы. Такое унижение мало кто выдержал бы, но солдаты были на стороне этого стойкого гнома, подбадривая его всячески.
Миновало еще несколько лет. Фарин снимал шлем, только когда был один, и то, чтобы избавиться от отеков или помыться, он даже ел и пил в обмундировании. Это, конечно, дало свои плоды, но, когда настали трудные времена и дикари совсем уж осмелели, а разведчики донесли, что дунландцы собрали большое войско для нападения, все дальние гарнизоны были отозваны для защиты укреплений основных поселений. И, к сожалению, король снова увидел Фарина, и опять случился злосчастный приступ.
У Траина совсем сдали нервы, и, когда люди развязали бой, наследник отправил Фарина на самый уязвимый и опасный участок линии обороны. Но гвардеец опять выдержал. Едва не погибнув в битве, он не только доблестно сражался, но и сумел спасти много своих товарищей от смерти, а также самого Торина, внука короля.
Сражение и вправду было кровавым, немало воинов пало в тот день, но враг понес такие потери, что в дальнейшем не смог нападать на поселения гномов. Все вожаки дикарей погибли, а их солдаты разбежались по лесам.
Траин не знал, что делать с героем. Он никак не хотел умирать, а королевская семья стала ненавидеть его еще сильнее — все, кроме Торина. Тех, кто храбро воевал, наградили — но не Фарина. Его оставили в лазарете принудительно, пока не закончится торжество.
Так случилось, что во время битвы погибли все гвардейцы, за исключением его, потому что он находился на передней линии, и Бордира, которого он спас, когда увидел, что дунландцы прорвались и решили захватить в плен Трора. Тот, видимо, в очередной раз сошел с ума, выйдя посмотреть на битву.
Когда владыка узнал, что гвардейцы полегли, доблестно сражаясь, он захотел посмотреть на тех смельчаков, что остались в живых. По прибытии в палаты к раненым он обнаружил, что в отведенном для гвардии месте никто не лежал. Тогда стали разбираться, куда пропали солдаты. И, как выяснилось, они находились вместе с обычной пехотой. Такой выбор сделал Фарин, ибо эти воины ему были ближе, он провел бок о бок с ними много лет. Бордир же больше не хотел расставаться со своим другом и поклялся отплатить ему добром за спасенную жизнь.
У Фарина из-за рассечения на левом глазу голова была наполовину перемотана, но обезумевший Траин, влетевший к раненым, приказал забинтовать ему еще бороду и рот, чтобы король его не узнал.
Когда Трор прибыл навестить героев, он действительно не вспомнил ненавистного гнома — он даже лично наградил его, поблагодарил за спасение внука и остальных товарищей. Но, когда король спросил, как его имя, Фарин ничего не ответил. Губы его были туго стянуты, и он не мог даже пошевелить ими.
Траин вмешался, назвав имя гнома, который погиб в бою, но Трор знал своих гвардейцев и сказал, что сидевший перед ним солдат не похож на него и что он вообще не признает его. Тогда он приказал размотать лицо Фарину. Траин занервничал и судорожно начал отговаривать короля, попытался увести его, но повелитель был непреклонен и настаивал на своем.