Глеб вышел из дверей Цербера и вдохнул морозный воздух. Вокруг ровным слоем лежал снег. Зима подкралась незаметно и слишком быстро сместила с трона свою сестрицу. Люди не согласные с таким положением вещей изо всех сил цеплялись за лист календаря, твердя, что на улице до сих пор правит бал осень. И в результате Глеб созерцал красные носы, дрожащие коленки, торчащие из-под коротких юбок, у женщин и мужчин, скрюченных от холода, но зато в модных легких курточках из яркой ткани напоминающую смесь кожи и инопланетного скафандра. Последние вызвали у Глеба особое любопытство.
Как такое чудо больше озабоченное подходит ли его шапка к куртке и достаточно ли модные на нем ботинки может кому-нибудь понравится? И ведь нравятся же. Глеб определенно не понимал людей. К чему уделять столь пристальное внимание моде, если не пройдет и года как она изменится? С женщинами все понятно. В большинстве миров, вне зависимости от того правят там мужчины или нет, особи женского пола всегда старались выделяться за счет внешности. Они создавали модные течения. Меняли прически и фасон платьев, воевали со старостью. И даже если им не нужно было бороться за внимание партнеров, они соперничали друг с другом, пытаясь поразить всех и доказать свою уникальность. Но мужчины…
Был он однажды в одном мире, где женщин было так мало, что самцы подобно павлинам расхаживали перед ними, стараясь поразить и привлечь их внимание, но здесь… Зачем это было здешним представителям так называемого сильного пола, Глеб не понимал. Он считал, что мужчинам достаточно было оставаться самими собой. Своеобразными оплотами стабильности. Пусть женщины подобно птицам летают в вечном поиске себя идеальной, но всегда возвращаются к надежному и верному плечу.
Семерелл ждал друга с того самого дня как обратился к нему за помощью. Он понимал, что у начальника стражи полно дел, но все равно изнывал от нетерпения. Который день перед его глазами разворачивалась одна и та же картина. Оля вставала ни свет ни заря и, зевая, плелась на остановку. Возвращалась она затемно, и еще долго в ее комнате горел свет.
Некромант был зол на себя за то, что однажды принял решение уйти из ее дома. Ему казалось, будь он сейчас внутри, а не снаружи, то смог бы не только убедиться в том, что с ней все хорошо, но и помочь ей. Сам не знал «как» и «чем», но все его существо требовало действия.
И в ту же секунду он медлил. Что он мог? Напроситься в дом, а дальше? Он собака. Бросить это тело и вселиться в человеческий труп? И что? Тело пса давно изжило свой срок и как только Семерелл его покинет, обернется пеплом, а человек, которым он станет, будет совсем не знаком Оле.
Да, в его распоряжении будут деньги и все то, что доступно человеку, но он станет чужим. Пусть и в теле собаки, но Семерелл ощущал тепло рук, слушал ее голос. С ним она делилась своими мыслями. Он был ей нужен. И Семерелл боялся потерять эту хрупкую близость.
Друг, прибывший не смотря на то, что он его ждал, совершенно неожиданно, вышел к нему в образе черного кота. Его крупные лапки то и дело проваливались в снег, и Глеб недовольно их отряхивал.
«Ну что там?»
Глеб поднял свою мордочку и обжег его взглядом желтых глаз.
«И я рад тебя видеть»
Семерелл виновато опустил голову, но друг не обратил внимания. Он сел рядом и начал говорить:
«Что там? Скверно все, на самом деле. Отец ушел. У него уже давно другая семья… Пока девчонка была маленькой – платил алименты, теперь же, когда выросла, совсем не помогает. Мать пьет, не работает. Долгов свыше крыши, а еще и оплата за обучение. В общем… твоя Оля, можно сказать, одна все и тянет»
Он сидел и внимательно слушал слова друга. Знал, что финансовое состояние ее семьи оставляет желать лучшего, но не думал, что все настолько плачевно.
«И много денег нужно, чтобы перекрыть ее долги?»
Островский фыркнул. Проходящие мимо ученики младших классов остановились, с любопытством разглядывая необычную парочку.
«Дня нее да. Для тебя – и десятой части не потребуется»
«Ты еще ничего не делал?»
«Нет, хотел узнать твое мнение»
В глубине души Семерелл хотел не только помочь Оле, но и чтобы она непременно об этом узнала. Он хотел стать благодетелем в ее глазах. Заслужить своим поступком не только благодарность, но и место в ее сердце, но прекрасно понимал, что это невозможно. Для нее он обычная собака.