– Хорошо… – согласилась Вера, отвечая на прикосновение его руки, слегка сжав ее. Оно определенно ей нравилось. – Ну, я бы очень хотела, чтобы мы чаще касались друг друга… если ты только не возражаешь, разумеется.
– Не возражаю.
Он сжимал ее теплую почти горячую руку и понимал, что ему было мало касаться ее ладошки. Ему, как и ей, хотелось намного больше.
Вера зашла в квартиру, бросив ключи на тумбочку. Сняла сапоги и с улыбкой на лице зашла в гостиную. Саша, сидевшая за барной стойкой и листавшая какой видавший виды талмуд, подняла на нее глаза. Ее брови удивленно поползли вверх.
– Что с тобой?
– А? – Вера остановилась как зверек, на которого навели прожектор.
– Я спрашиваю, что с тобой?
– А что со мной?
– Ты выглядишь странно, – сказала Саша после секундной заминки.
– Правда?
Странно, значит. Она действительно странная. И она встречается с Глебом…
Вера улыбнулась еще шире.
– Так, стоп, – Саша закрыла книгу и, поманив Веру пальцем, указала на стул рядом. – Рассказывай.
Вере хотелось прыгать, хотелось петь. Едва сдерживаясь, она пружинистой походкой подошла к подруге и села.
– Глеб предложил мне встречаться, – тихо-тихо призналась она.
– Ты хоть согласилась?
– Да.
Саша усмехнулась, и ее губы растянулись в довольной улыбке.
– Ну наконец-то.
Вера рассмеялась. Как же хорошо было на душе. Так, что хотелось поделиться счастьем со всем миром. Обнять каждого, согреть и сделать чуточку добрее.
– Спасибо, – выдохнула она.
– За что? – удивилась Орлова.
– За то, что не осуждаешь.
– И почему я должна была тебя осуждать?
– Причин предостаточно… Я рассталась с парнем меньше месяца назад. Живу у тебя… Да и вообще перевернула всю свою жизнь с ног на голову.
– А может с головы на ноги? – предложила Саша, наливая себе кофе. – Чай будешь?
– Да, давай.
– У меня пирожные есть.
– Правда? Откуда? Я, кажется, не покупала.
– Твой благоверный на крыльях любви примчался, пока ты на работе была, – засмеялась Саша, а Вера, жутко покраснев, спрятала лицо в руках.
– Не говори так!
– Как? – все еще смеясь, спросила Саша. – На самом деле, я не думаю, что тебя есть за что осуждать. Насчет жилья – ты тут такой порядок навела, что мне и жаловаться не на что. А если добавить сюда еще и то, что ты готовишь – мне будет очень грустно, когда ты переедешь, – вздохнула девушка, ставя перед подругой чашку с чаем и коробку с эклерами. – А насчет Кирилла… кто вообще устанавливает эти нормы? Я про то, сколько должно пройти с момента последних отношений и до начала следующих. Как по мне, так это просто повод одних людей посудачить о других, и тут неважно день, два или год пройдет. Просто в одном случае будут говорить, что все слишком быстро…
– А в другом будут жалеть, что так долго была одна и наконец-то хоть кого-то себе нашла, – закончила за нее Вера.
– Да. Именно так. Так что забей на всех и никого не слушай. Тебе хорошо, ты никому не мешаешь и конец на этом.
Девушки взяли по пирожному и, отсалютовав друг другу кружками, принялись праздновать новое начало.
Неоновый розовый свет придавал погруженной в темноту спальне таинственность. Два разгоряченных тела, касаясь друг друга, лежали на измятой простыне, тяжело дыша. Одеяло давно потерялось где-то в переплетении их ног.
Прерывая затянувшиеся ласки, девушка со звонким смехом потянулась за сигаретами. Она села и закурила, с наслаждением выдыхая горький дым и разглядывая обнаженного мужчину растянувшегося в ее постели.
– Нравится? – спросил Тимур, специально напрягая грудные мышцы, чтобы показать себя в лучшем виде.
– Конечно, нравится, – улыбнулась Ксюша. – Мне вообще все с тобой нравится… Так нравится, что я даже не против была бы с тобой встречаться, – сказала девушка, прочерчивая полутьму алой точкой.
Улыбка Бессонова затухла.
– Ксюш…
– Да расслабься ты, – засмеялась Евсеева, увидев напряжение мужчины. – Я к тому, что ты хороший... И секс с тобой отличный. Но я не думаю, что когда-нибудь смогу с кем-нибудь встречаться.