– Да, запахло жареным… – Ирга опрокинула в себя бокал виски и поморщилась. – У тебя ничего другого нет?
– Нет, – хозяйка кабинета отрицательно покачала головой. – Значит, ОЗПИ вмешались?
– Да, – Агата кивнула и озадаченно нахмурилась. – Я как-то не рассчитывала на их помощь.
Троица дружно замолчала. Поступок Фурман поднял слишком большую волну. Общество негодовало, требуя от всех и вся решить все спорные вопросы здесь и сейчас дабы избежать любых негативных последствий в будущем. Резонанс достиг такого масштаба, что акции протеста прошли не только в Портграде, а буквально за несколько дней прокатились лавиной по всей стране. В связи с этим Общество Защиты Прав Иномирян, сокращенно ОЗПИ, обратили свое внимание на данную ситуацию. Это совсем не входило в планы Агаты. Среди членов этой организации хватало радикально настроенных людей и существ, а это грозило тем, что все могло выйти из-под контроля.
– С другой стороны, – Фурман сделала небольшой глоток виски, – вопрос с университетом можно считать закрытым.
– Да… – протянула Агата. Она никому не говорила, что уже успела заручиться поддержкой в этом вопросе.
– А они не будут вмешиваться? Ну, в дела университета?
Игра все еще морщилась – Мария забыла положить в виски лед. Оно и понятно, кто разбавляет хороший алкоголь? Но Вайс как оборотень была особенно чувствительна к горечи крепких напитков и обычно предпочитала вино. Агата понимающе улыбнулась.
– Нет, не думаю.
Фурман вскинула голову:
– Почему?
– Я пригласила Нейна Ориса в качестве ректора.
– Кого? – не поняла Мария.
– Ну, ничего себе, – выдохнула Ирга восхищенно. – И он согласился?
– Да.
– Даже не верится!
– Да о ком речь-то? – Фурман перевела требовательный взгляд с Агаты на Иргу.
Вайс блаженно улыбнулась.
– Одним словом и не рассказать… Начну с того, что он большая шишка. Аристократ. Демон. Ученый. Орис даже занимал у нас какое-то время пост министра наук. И это, заметь, по приглашению... Да, оборотням пришлось сильно постараться, чтобы заполучить его. Правда, он потом все равно ушел с поста. Прямо-таки исчез из поля зрения. Поговаривали, что причина в женщине. То ли он влюбился, то ли от женитьбы спасался. В общем, точно про это никто ничего не знает…
Фурман внимательно выслушала оборотня и понимающе хмыкнула, бросив на Агату хитрый взгляд.
– Теперь понятно, почему ты говорила, что самое главное открыть университет, а потом проблем уже не будет. Важную птицу, значит, заполучила в качестве ректора. Почему тогда тебя так беспокоит ОЗПИ?
Агата откинулась в кресле и погладила подлокотники, собираясь с мыслями.
– Почему? Наверное, потому что они обладают куда большей властью, чем я.
– Разве это плохо? Их задача защищать права иномирян. Значит, мы априори заодно.
– В том-то и дело, что их «хорошо» не обязательно будет совпадать с тем, что хорошо для всех.
Ирга задумчиво почесала нос.
– Не понимаю в чем разница.
– А я понимаю, – тихо сказала Фурман, наполняя свой бокал.
Агата посмотрела на нее. Да, она понимает. Это было отчетливо видно по ее серьезному лицу. Существовала огромная разница между «хорошо для иномирян» и «хорошо для людей». Но ни один из этих вариантов не был хорош в перспективе для всех одновременно. Они лишь вели к еще большему расслоению и отчуждению между ними и коренным населением этого мира. Самым верным было решение «хорошо для всех, и для людей и для иномирян», но, к сожалению, не все это понимали.
17 ноября
Глеб прочитал отчет Ветрова и, захлопнув его, бросил на стол. Связь Збруева с одногруппниками не подтвердилась, как бы ее не искали. Хотя для Островского это было уже не так важно. Он все больше склонялся к идее посетившей однажды его светлую голову – пособником похитителя был кто-то из своих. Другого объяснения для его феноминального везения Глеб просто не находил.
С момента объявления Збруева в розыск прошло почти двенадцать суток. И с того самого момента он ни разу не попался ни на одну из камер видеонаблюдения, а ведь среди них было немало принадлежащих исключительно Церберу. Об их расположении и зоне обхвата не знал никто, даже полиция, что уже само по себе наталкивало на подобные размышления. Добавить сюда идеально «чистую» квартиру студента – и картина становилась еще красочней. Был, правда, один момент, который Глеб не мог сбросить со счетов. Вдруг камера не засекла парня, просто потому что он никуда и не выходил? Сидел себе как мышь, забившись в угол, и боялся пикнуть. Еду ему мог приносить его же подельник. Вполне логичное предположение.