– Какие? – притворно изумилась девушка.
– Кривые!
Саша бросила в нее подушкой и Вера, вскочив с дивана заливисто, рассмеялась.
– Можно подумать ты не знаешь, где я была.
– Догадываюсь.
– Догадывается она! – фыркнула Вера, опустившись на мягкое кресло-мешок, обнимая пойманную подушку. – Твоих же рук дело. Не стыдно, нет?
– Ни капли, – призналась Орлова и тут же расплылась в улыбке. – Хорошо было?
– Дура!
– Неужели плохо?
– Дура, – выдохнула Вера, пряча красное от смущения лицо в руках.
– Значит, хорошо, – Саша довольная растянулась на диване.
Вера не сдержалась и бросила в подругу подушкой.
– Спасибо, – она поймала ее и подложила себе под голову. – Так намного удобней.
– Ой, у меня же для тебя подарок есть.
Меньшикова вспомнила про лавандовое масло, которое до сих пор лежало в сумке. Бросившись в коридор, она вытащила ампулу и вернулась к подруге, протягивая ей подарок.
Саша уже успевшая включить телевизор переключала каналы.
– Смотреть совсем нечего. Лавандовое? – улыбнулась она, открыв флакончик. – Спасибо.
С экрана телевизора приглашенные эксперты рассуждали, являлось ли дело Школяра следствием неправильного подхода в обучении магии и стоило ли рассматривать его как преступника или как жертву.
– Дебилы, – выдохнула Саша, переключая канал.
– Почему? – поинтересовалась Вера, садясь рядом. Лично ей было жалко этого студента, хоть она и понимала, сколько горя он принес другим.
– Дело еще не закрыто, а они изо дня в день мусолят эту тему. Для чего?
– Но ведь это важно. Я про причины, которые толкнули его на преступление.
Саша поморщилась.
– Согласна с тобой, что важно. Но считаю, что пока дело не закрыто и его не поймали, нельзя об этом говорить вот так вот в открытую. Да и к чему все эти обсуждения? Хотели бы сделать по уму, давно бы сделали, а не разводили всю эту грязь в эфире. А так уже все перебрали. С кем дружил, куда ходил, в какой семье рос. Какой интерес копаться в чужом грязном белье? Да и не верится мне, что из-за одного маньяка что-то поменяется.
– Ты пессимистка, – печально вдохнула Вера.
– Я реалистка, – не согласилась с ней Саша. – А это большая разница.
Глеб сам не ожидал, каких усилий ему будет стоить отпустить Веру домой. Если бы не тот факт, что в понедельник ей на работу – нашел бы тысячу и одну причину оставить ее у себя.
Надо признать очевидное. Его дом малопригоден для человека. Особенно для женщины. Если вопрос еды можно было легко решить доставкой, то Глеб был уверен, что существовало еще великое множество вещей, в которых Вера нуждалась не меньше чем в пище.
Не лишним было бы поинтересоваться у Агаты, что нужно людям для жизни. Или было лучше задать этот вопрос Саше? Она наверняка больше знает о предпочтениях подруги.
– Слушаю.
– Я хотел спросить, что нужно купить, чтобы Вера чувствовала себя комфортно у меня дома?
– Погоди, – в трубке раздался шорох. – Теперь можно говорить… Что купить, спрашиваешь? А что у тебя есть?
– А что должно быть? – задал Глеб встречный вопрос, заслужив в ответ лишь тяжелый вздох.
– Постоянно забываю, что ты не человек… Короче, сделай проще. Отвези ее магазин и дай полную свободу купить все, что ей самой нужно. Полотенце, посуду, всякую утварь на кухню. Поверь, она будет в восторге. Денег-то хватит на такую задумку?
– Хватит, – успокоил он ее.
– Отлично. А я потом скину тебе то, что ей нравится из косметики. Закажешь, оформишь и подаришь. Договорились?
– Да.
– Отлично. Давай, а то меня Вера потеряет.
Глеб положил телефон на стол и улыбнулся. Быстро и эффективно. Теперь у него был план действий, а значит одной проблемой меньше.
В дверь постучали.
– Войдите.
К его удивлению в кабинет вошел Игорь Витальевич. Лапушкин коротко кивнул и сел напротив.