Со своего поста Вере не было видно, что происходило у входной двери. Но судя по тому, как Саша замолчала, стоило ей только открыть дверь, Меньшикова начала опасаться самого худшего. Чего-то из разряда маньяка с электрошоком. Ох, не стоило им все-таки смотреть перед сном тот психологический триллер. Осторожно ступая, она вышла в большую гостиную, служившую одновременно не только зоной отдыха, но и кухней и коридором, как навстречу ей явился Островский собственной персоной.
Вера замерла, удивленно на него взирая. Она не видела его почти двое суток. Прислал короткое сообщение: «работа», – и исчез. А теперь стоит перед ней. Хотелось бы сказать, как ни в чем не бывало, но Вера видела, точнее, чувствовала, как сильно он был измотан.
– Что случилось?
Он покачал головой и улыбнулся. Подошел ближе, обнял и зарылся лицом в ее волосы.
– Так, комната в вашем распоряжении. Ничего не сломайте и постарайтесь не шуметь, – произнесла Саша из-за спины Глеба и скрылась в своей спальне.
– Так и будем стоять? – спросила Вера неловко, хотя сама не торопилась разжимать свои объятия.
Она скучала. Да, все понимала. Да, работа. Да, ответственность. Да, безопасность. Вполне возможно он спас кого-то за время своего отсутствия, так же как и ее в той самой арке. Вера все понимала. Но все равно скучала, изнывала от тоски.
Хотелось плакать. Прижаться к его жесткой груди и совершенно по-детски так захныкать, чтобы ее пожалели и успокоили. Сказали, что больше никогда не оставят. Даже на два дня. Даже на день.
Подхватив ее на руки, Глеб не произнося ни слова, отнес в комнату и положил на кровать. Встал и, не сводя с нее взгляда, начал раздеваться. С жадностью следя за каждым его движением, Вера развязала поясок своего синего халата. Одновременно со штанами была снята и легкая ночная сорочка. Долгий поцелуй и вот они уже лежат на постели, нежно лаская друг друга.
Перекатившись, Вера села на него сверху и смущенно улыбнулась. Обычно она избегала этой позы, стесняясь то своего тела, то неумения правильно и красиво двигаться. Но с ним ей хотелось всего. Даже того, на что раньше никогда не решалась.
Цепкие пальцы лежали на ее бедрах помогая удерживать ритм, но она все равно сбивалась. Черные глаза напротив так сладко скользили по ее телу, что Вера невольно забывала как дышать, не то что двигаться. Наклонившись, она поцеловала его и пошептала:
– Сожми мою грудь.
Мужская рука тут же повиновалась. Легла на мягкую округлость, слегка сжала и провела пальцем по набухшему соску, сорвав с ее губ приглушенный стон. Вера прикусила губу, вспомнив, что они в квартире не одни.
Резкий рывок и вот они уже сидят на постели. Глеб мягко схватил ее за волосы, отводя голову назад. Пройдясь поцелуями по шее, стал спускаться ниже, заставляя выгнуться ему на встречу. Стоило соску оказаться в него во рту, как Вера сжалась изнутри.
Обхватив ее за талию, Глеб взял на себя ведущую роль, ускоряя ритм. Грудь горела. Ноги затекли. Но Вера, опьяненная ощущениями, то хмурилась, то улыбалась, пытаясь сдержать рвущиеся наружу стоны. Оргазм подкрался неожиданно, застав ее врасплох. Хотелось еще, но Глеб, кончив сразу после нее, потянул ее в ванну.
Приняв на скорую руку душ, они оба чистые и свежие лежали под одеялом в объятиях друг друга.
– Что-то случилось? – Веру не покидало ощущение, что сегодня Глеб отличался от себя прежнего.
Он не торопился ответить, и она приготовилась ждать, хотя внутри нее все буквально кипело от желания узнать, что же его так беспокоит.
– Мы взяли Школяра, – наконец ответил он.
Вера приподнялась на локте и внимательно посмотрела на него.
– Разве это не хорошо?
– Пострадал один из моих стражей. Ты видела его прежде. Бессонов.
Она села и убрала челку с глаз.
– Рыжий такой?
– Да.
– Сильно пострадал?
– Считай, он уже мертв. Перед тем как прийти к тебе, я заходил в Оплот. Тело еще живо, но сознания и души там уже нет.
Вера не знала, что сказать. Как утешить его? Чувствовала, что этот страж был для ее любимого не простым сотрудником. Может быть другом или коллегой, с которым многое связывало. Да мало ли какие у них могли быть отношения. Так или иначе, она совершенно не знала, что сказать. «Сожалею». «Мне жаль». «Сочувствую». Что еще принято говорить в таких ситуациях? Все слова казались такими безразличными, фальшивыми. Не придумав ничего лучше, Вера просто погладила его по руке.