Он едва не застонал от разочарования, когда она опустила свои глаза. Но стоило ей их поднять, как по его телу пробежала дрожь, похожая на разряд электрического тока. Она плакала.
– Простите, – Вера быстро достала из кармана светлого пальто платок и вытерла выступившие на глазах капли.
Глеб сидел пораженный и растерянный. Стоило ему увидеть ее слезы, как он ощутил себя самым никчемным и бесполезным существом в мире. Почему она плачет? Что ему сделать, чтобы она снова улыбнулась?
– Еще раз простите. Как я могу вас отблагодарить?
– Отблагодарить? – переспросил он, не понимая о чем это она.
– Да. Мне кажется, что простого спасибо не достаточно для того, что вы для меня сделали. Правда, я не знаю, как именно я могу вас поблагодарить. У меня не так много денег, но я все равно… хочу сказать спасибо, – смущенно улыбнувшись, закончила Вера свою пылкую и сбивчивую речь.
– Вам не стоит меня так благодарить, – ответил Глеб, с облегчением видя, что она не собирается плакать. – Это моя работа. Я начальник стражи Южного района, так что просто не мог пройти мимо.
Он протянул ей свое удостоверение с серебристым оттиском трехголового пса на лицевой корочке.
– Так вы из Цербера? – удивленно воскликнула Вера, рассматривая документ. – Простите. Просто я работаю гидом и поэтому часто пересекаюсь со стражей по рабочим вопросам. Но я даже и не предполагала, что вы на такое способны… просто вы так легко справились с той нападавшей.… Это ведь была магия? А какого уровня?
– Это не магия. Скажем так, врожденная способность, – улыбнулся Глеб, забрав удостоверение и сцепив длинные пальцы в замок. Они приближались к опасной теме. Интересно, как она отреагирует, узнав, кто он на самом деле? Почему-то ему было страшно интересно узнать ответ на этот вопрос.
– Так значит, вы не человек?
– Нет. Я неназванный.
Сказал и замер. Оцепенел в ожидании ее реакции. Испугается? Убежит? Он прекрасно знал, какие ходили о них слухи и как их называли за их же спинами. Призраки. Чистильщики. Это были самые приятные прозвища из всех ему известных.
Вера сидела напротив, беззвучно шевеля губами. Она про себя повторила «неназванный». С каждой буквой слетавшей с ее губ глаза открывались все шире и наполнялись удивлением, восторгом и восхищением.
– Правда? – тихо спросила она.
– Правда.
В эту секунду Вера была похожа на ребенка, которому после месячного запрета на сладкое преподнесли в подарок огромный леденец, о котором он в тайне мечтал. Не сдержавшись, она широко улыбнулась. Смутилась и, закусив губу, которая предательски снова хотела растянуться на пол-лица, девушка склонилась, спрятав лицо за распущенными густыми волосами.
– У вас странная реакция, – сказал Глеб, в тайне радуясь, что эта новость стерла тот страх, что присутствовал в ее глазах в начале их разговора.
Вера резко выпрямилась, продемонстрировав свое лицо с ярким багрянцем на щеках.
– Простите. Просто я впервые вижу неназванного. Раньше про вас только в книжках читала. Вы же как…
– Вымирающий вид? – подкинул он ей определение.
– Легенда, – улыбнулась Вера, снова потупив свои глаза.
Глеб едва не улыбнулся в ответ.
– Это и правда звучит намного лучше того, что я предположил. На самом деле, встретить человека, который знал бы о моем народе и при этом был бы настолько положительно настроен, большая редкость, – сказал Глеб и воодушевленный собственной идеей продолжил. – Не откажете ли мне в дружеском жесте, не перейдете со мной на «ты»? Согласны?
– Да, – Вера растерянно кивнула. – А можно вам, то есть тебе, задать вопрос?
– Какой?
– По поводу вашего вида. Просто я изучала культурологию иных рас в ВУЗе и о вас есть упоминание во многих культурах, но только скользь. Про вас самих там ничего толком и нет, – затараторила она, боясь, что если промедлит хоть мгновение, то струсит и так ничего и не узнает. – Можно узнать о вас больше? Если это, конечно, не секрет и не наглость.
– Можно, но не сегодня, – Глеб с трудом скрывал улыбку, так хорошо все для него складывалось. – Боюсь, что у меня не хватит времени, чтобы ответить на все твои вопросы. Как насчет того, чтобы обменяться номерами телефона и договориться о встрече после твоей выписки?