Сегодня. Небольшой брауни, который она перехватила в кафетерии на первом этаже, перед тем как отправилась провожать делегацию с Иссы к порталу.
Вера всегда была сладкоежкой, что с легкостью можно было понять по ее фигуре. Нет, толстой она не была. Ее вес всегда был в пределах нормы, но это не мешало ей красоваться пышными формами и слегка округлыми плечами. И, тем не менее, сладкого дома она не держала. Кирилл не терял возможности намекнуть ей, что будь ее талия чуть уже, она была бы настоящей красавицей. Именно из-за чувства вины, которое постоянно росло под недовольными взглядами любимого, она и бегала по кондитерским, украдкой уплетая сладости, отказаться от которых была не в силах.
Кирилл, который уже успел вскочить со стула что-то гневно бормоча, успокоился и сел обратно. Взяв ее руки в свои, он, заискивающе улыбаясь, начал говорить:
– Верунь. Пойми, это же все ради нас. Всякое же бывает. Может, ошиблись или недосмотрели чего. Давай еще сходим. Мне для твоего здоровья никаких денег не жалко…
Вера отрешенно смотрела на его руки, сжимающие ее ладони. Опять Верунь. За два года отношений она уже смирилась с тем, что он так ее называет. Смирилась. С чем еще ей пришлось смириться? Или точнее с чем еще она заставила себя смириться? И ради чего? Что она получила взамен? Счастье? Защиту? Уверенность в будущем?
Будущее…
Вспомнив обо всех своих планах на будущее, она невольно задумалась, а что в них было от нее. Повышение, квартира, две ребятишек и пекинес. Что здесь было ее желанием, а что нет?
Не слушая Кирилла, который ссыпал доводами и уговорами, Вера окончательно ушла в себя. Хотела ли она повышения на самом деле? Быть ответственной за составление туристических маршрутов и назначение гидов по группам? Конечно же, нет! Она прекрасно видела, как проклинали Ринату все, кто был недоволен своим распределением, а такое случалось сплошь и рядом. Да желать оказаться под таким давлением негатива со стороны коллег по работе может только сумасшедший.
Мечтала ли она всерьез о квартире? Да, она была бы не прочь переехать в более просторное и этажом повыше помещение. Но ей было абсолютно не принципиально, съемное оно будет или же приобретенное на свои кровно заработанные. Особенно когда вопрос с детьми отпал сам собой.
– Кирилл, – позвала его Вера, озадаченная внезапно возникшей мыслью.
– Что, Верунь?
– Немного не в тему, но я всегда мечтала о собаке.
– Так давай заведем, – растерялся мужчина.
– Пекинеса хочу.
– Пекинес? Зачем он тебе нужен? Он же страшный. Их даже собакой назвать нельзя.
– А мне нравится, – пожала плечами Вера, изучающе смотря на Кирилла.
– Нет, Верунь. Давай, какую-нибудь другую породу. Может лабрадор? Или пудель?
Вера покачала головой.
– Нет, не нужно.
– То есть? – не понял Кирилл.
– То есть я передумала. Не хочу собаку. Вообще ничего не хочу.
Она высвободила свои руки и встала из-за стола.
– Ты куда?
– Не хочу есть.
– А что насчет врача?
Вера остановилась в коридоре. Обернувшись, она посмотрела на Кирилла. Красивый, ухоженный. Когда их видели вместе, все говорили о том, как ей повезло с таким мужиком. Она тоже так считала. Раньше считала.
Внутри нее зрел надлом. Она так зациклилась на своих с ним отношениях, что окончательно забыла про себя. Про то, что любила. Про то, чем жила раньше. Была ли она Верой Меньшиковой последние два года или это была незнакомка в ее теле?
Ее одолевали сомнения. Вера пыталась как можно глубже копнуть внутри себя и найти ответ, но времени было слишком мало. Она боялась ошибиться, да и решимости не хватало.
– Хорошо, – выдохнула она, – я согласна. Но это в последний раз.
Кирилл облегченно вздохнул и улыбнулся.
– Обещаю.
23 октября
Сквозь огромный стеклянный потолок виднелось темное вечернее небо. Солнце давно село и день с каждой секундой сдавал свои права. Ксана, одна из сестер-близнецов духов леса, сидела, расслабленно откинувшись в своем рабочем кресле, и всматривалась в абсолютную черноту над головой.