– Разошли его по нашей горячей линии. Укажи, что нам нужны любые сведения о пропавшей.
Бессонов углубился в телефон, выполняя приказ начальства, а Глеб тем временем пошел на выход, размышляя на ходу. Если есть кровь, то должна быть и рана. А значит и орудие, которым нанесли удар. Резко остановившись, он развернулся и стремительно пошел обратно. Схватив по пути проходящего мимо стража за шиворот, Глеб не обращая внимания на его замешательство и писк, дотащил его до алых капель на бетонном полу.
– Примени магию поиска.
– Но, шеф…
– Делай, – рыкнул Глеб и страж, имени которого он даже не помнил, сжался и принялся чертить над кровью символы.
– Ничего. Следа нет.
Островский в бешенстве выдохнул. И что это означает? Если оружие было окровавлено, то оно оставило бы след. Хоть где-нибудь. Испачкало бы одежду, тряпку или пакет. Даже если бы его выкинули где-нибудь, то поисковая магия без проблем привела бы к нему. Но все чисто…
Нахмурившись, Глеб запустил руку в свои теперь уже короткие волосы.
– Следов очистителя нет?
– Где? – растерялся страж.
– Здесь, – рыкнул он. – Нет на складе чего-нибудь, чем можно было бы уничтожить кровавые следы?
– Нет, – заикаясь, ответил мужчина. – Тут вообще ничего нет.
Подняв голову и увидев недовольное выражение лица Островского, страж постарался отползти от него подальше.
– Глеб!
Подоспевший Тимур удивленно посмотрел на сжавшегося на полу мужика и, пожав плечами, обратился к неназванному.
– Есть ответ. Девчонку видели в баре неподалеку.
– Адрес? – Тимур поспешил назвать его, и Глеб, кивнув в ответ, обернулся и поспешил в указанное место.
Бармен по совместительству хозяин бара был застигнут врасплох влетевшим в двери его заведения сгустком белого не то пара, не то дыма. А возникший через секунду на его месте высокий и худощавый мужчина с длинным острым носом совсем выбил владельца из колеи.
– Да? – промямлил он, дико вытаращив глаза. Запоздалые посетители кто с любопытством, кто с опаской разглядывали новоприбывшего.
– Глеб Островский, начальник стражи Южного района, – представился Глеб, протягивая ему свое удостоверение. – От вас получено сообщение, что вы видели девушку, похожую на разосланный по горячей линии фотопортрет. Верно?
Бармен несколько секунд пялился на корочки с оттесненными на них трехглавым псом. Сглотнув, он, запинаясь, ответил:
– Да. Это Алька… Извините, Алла Волкова.
– Вы ее знаете?
– Да, с детства. С ее отцом еще дружили.
– Я задам вам вопрос и, надеюсь, вы ответите мне честно. У девушки были вредные привычки или проблемы? С законом или с личной жизнью?
– Да нет, что вы, – бармен даже отрицательно замахал руками. – У нее ж родители погибли, ее бабушка воспитывала. Ну и мы с женой где могли, помогали. Так что она самостоятельной была, проблем никогда не доставляла.
Глеб нахмурился.
– Вы уверены, что ничего не было?
К ним за стойкой присоединилась женщина и, встав рядом с мужчиной, вмешалась в разговор.
– Раньше не было, но в последние несколько дней она пила непробудно.
– Да ее ж понять можно, – возмутился бармен.
– Понять то можно, но тебя ж поди не просто так спрашивают. Раз спросили, так отвечай, как было, а не размусоливай тут, – отчитала его женщина, бывшая видимо его супругой. Повернувшись к Островскому, она уже спокойней продолжила. – У нее парень недавно разбился на мотоцикле, а она уж за ним с самого детства хвостиком бегала. Любовь и все такое. Вот и запила девчонка с горя. Мы уж ее на путь-то наставляли, а что толку. Воет волком и все.
– А как она сегодня уходила, не видели? – заинтересовался неназванный, услышав новое обстоятельство, которое вполне укладывалась в заданные параметры.
– Лизка видела, это официантка наша. Она как нам рассказала, я ей тут же и устроила. Куда смотрела, почему не вмешалась. Хоть бы нас позвала, – запыхтела женщина.