– Давайте я вам лучше девушку позову, вы с ней и поговорите, – заискивающе улыбнулся бармен, обнимая и пытаясь увести разгорячившуюся супругу.
В этот момент двери бара открылись, впуская группу подоспевших вслед за начальством стражей. Увидев среди них прибывшего для взятия показаний дознавателя, Глеб поманил его пальцем, кивая на бармена и его супругу.
– Мои люди займутся сбором свидетельских показаний, чтобы вам не было нужды приходить к нам. Зовите девушку.
Свидетельницей оказалась пышногрудая девица, исподлобья глядящая на мужчину. Не успел Островский и рта раскрыть, как она сработала на опережение.
– Я ей не нянька, чтобы следить за ней. У меня работы вагон и маленькая тележка, а она ужирается какой день подряд…
– Меня не интересуют ваши отношения с пропавшей. Я хочу знать, что вы видели, – пресек ее Глеб, оценивающе рассматривая девушку. Неприятная особа.
– А она че пропала? – Елизавета резко изменилась в лице. – Не, я просто про то, что думала, что мало ли… Парня там склеила или еще что…
– По существу, – сухо напомнил ей Островский. Было что-то в этой девушке, что порождало желание немедленно вымыть руки. С мылом. Раза два. А лучше три.
– Да че по существу-то? Бухала она который день. Не жрала толком, одна кожа да кости. Посмотреть не на что... А тут мужик к ней какой-то подсаживается…
– И вам не показалось это странным?
– Да нет. На нее многие слюни пускали. Конечно, она ж Алая волчица, – фыркнула Лиза, пытаясь выдать зависть за пренебрежительную язвительность.
– Кто?
– Да, блин. Погоняло у нее такое. Она на байке разъезжала. Вся их компашка тут и зависает. У всех клички. Ну, там Череп, Пират, а она Алая волчица…
– Ясно. Что дальше было?
– Ну, он к ней подсел, а я и подумала, что мужик решил моментом воспользоваться. Посидел с ней минуту, а потом они вместе и вышли.
– Девушка сама вышла? – уточнил Глеб прищурившись. Он уже догадывался, что услышит в ответ.
Лизка окинула Островского взглядом и, скривив губы, как от зубной боли, нехотя ответила:
– Ну не совсем. Она ж в уматину была, вот он ее почти на себе и вытащил…
Глеб кивнул. Так он и думал. А руки все-таки лучше помыть четыре раза. А еще лучше принять душ. Да, душ точно не помешает…
– Мужчину разглядели? – задал он вопрос.
– Ну да, немного. Невысокий такой. Крепкий. Ниче особенного, – пожала девушка плечами.
– Лицо?
– Да не, он в кепке был. И в капюшоне.
– Ваши показания зафиксирует дознаватель, не уходите далеко.
Смерив девушку презрительным взглядом, Островский круто развернулся и направился к подчиненным раздать указания. Ему хотелось быстрее убраться подальше от этой насквозь прогнившей девицы и этого места.
24 октября
Совет руководящего звена Цербера с самого раннего утра заседал полным составом в малом зале для совещаний. Уже добрых четыре часа они обсуждали дело пропавших без вести.
– Ну, сколько можно? – взвыла наконец-то Ирга Вайс, растянувшись на столе. – У нас на руках ни одного доказательства. Одни догадки.
Речь шла об орудии, которым была нанесена рана последней жертве. Услышав о проделанном стражей эксперименте, Мария Фурман, глава Северного района, предположила, что причина отсутствия следов в том, что само оружие и является разыскиваемым ими артефактом. Все следы вместе с пострадавшей девушкой затянуло в искусственное измерение.
– Разве нельзя вызвать к нам артефактолога какого-нибудь? – спросил Лапушкин, наливая себе уже третью кружку кофе. – У нас же в городе полно всяких лавок.
– Лавок-то много, а специалистов нет, – Ирга выпрямилась и потянулась. – Они не то, что создать – починить артефакт не могут. Многие даже понятия не имеют о том, что сами продают.
Игорь Витальевич вздохнул и насыпал в кофе еще сахара. Помешивая черную жижу, он сел на свое место.
– Неужели у нас совсем нет специалистов?
– Специалистов вырастить нужно, выучить, – спокойно заметила Фурман. – А вы первым были против создания в нашем городе магического учебного заведения.
– И сейчас против. Студенты – это сплошные проблемы. Пьянки, гулянки. А если еще и иномиряне будут к нам тянуться на обучение… – поморщился он, недосказав свою мысль.