– Вер, – окликнул он ее.
Девушка уже открывшая дверь в ванную замерла.
– Да?
– Какой школе магии принадлежит Саша?
– Классической. Маг четвертого уровня. А что?
– Нет, ничего.
Вера скрылась за дверью, а Глеб хмыкнул. То, как описывала ее Вера и то, что он увидел сегодня в ее квартире, мало соответствовало магу классического направления.
Шум воды привлек его внимание. Решив больше не сопротивляться своим желаниям, Глеб поднялся на ноги и приблизился к заветной двери. Ему не нужно было ее открывать. Его природа позволяла просочиться всюду, куда был доступ. Обернувшись, он перетек внутрь через все щели, что попадались на его пути. Там за дверью клубясь и переливаясь вместе с паром, он увидел размытый силуэт через запотевшее матовое стекло. Остановившись в шаге от преграды, рассматривал изгибы и то, как волна волос темным пятном стекает по спине.
Вера закрыла дверь в ванную и, аккуратно положив вещи на полочку, обернулась к зеркалу. Увидев в отражении свое красное смущенное лицо, она не выдержала и спрятала его в руках. Какой стыд! Пригласила мужчину в дом подруги, да еще когда та в больнице. А еще это платье, из которого грудь так и норовит выскочить.
Это все Сашка! Ее вина! Если бы не тот разговор, стала бы она ревновать? Разве бы начала ловить каждый его взгляд, теряясь в догадках, интересна ли она ему как женщина или нет? Нет и еще раз нет. Вера бы продолжала смотреть на него как на ожившую легенду. Восхитительную, таинственную и манящую, но неприкосновенную. Только из-за Сашиных слов она рассмотрела в Глебе мужчину и теперь не знала, что с этим делать.
Разозлившись, расстегнула молнию и стащила с себя платье, оставшись в одном белье. Критично осмотрев себя с ног до голов, вздохнула. Она совсем не была уверена в том, что Островский вообще заинтересован в отношениях и плотских удовольствиях, не то, что именно в ней.
Еще раз вздохнув, Вера сняла с себя последние детали одежды и встала под душ. Сверху с шумом полились струи воды. Она любила то, как Саша оформила свою ванную комнату, но сам душ ей совсем не нравился. Он низвергался вниз подобно тропическому ливню с характерных гулом, который на корню исключал всякую возможность вымыться под любимую музыку. Смирившись с неизбежным отсутствием расслабляющего фона, Вера сделала воду горячей, позволяя телу немного согреться. Только сейчас она поняла насколько сильно продрогла за то время, что они ждали скорую и машину из Цербера.
Решив, что задерживаться в душе не стоит, ведь в доме был гость, да и почти сутки на ногах наконец-то дали о себе знать, Вера поспешила закончить все свои гигиенические процедуры. Вытершись насухо, она оделась и вышла из ванной в гостиную, где Глеб ждал ее сидя на том же самом диване.
Из машины целующаяся парочка незаметно перебралась в квартиру. Не отлипая друг от друга они, на ходу сбрасывая одежду, так и не дошли до спальни – рухнули на диван.
Евсеева вывернулась и оседлала Тимура. Потерлась об него как кошка и мурлыкнула в самое ухо:
– Здесь или все-таки на кровати?.. Там места больше…
Секундная заминка и крепкие мужские руки подцепили ее за бедра. Встав вместе с девушкой, Бессонов удобней перехватил ее и хрипло спросил:
– Куда?
Ксюша томно улыбнулась и, щекоча своим дыханием его губы, прошептала:
– Дверь в вон том углу, – и обвила мужскую талию своими длинными ногами.
2 ноября
Тимур нашел Андрея в одной из комнат отдыха главного офиса. Ветров сидел на диванчике и с приподнятым настроением строчил что-то в телефоне.
– Вот ты где. Зачем искал? – Бессонов с разбегу плюхнулся в кресло и вальяжно развалился, закинув ногу на ногу.
– Тим, не в службу, а дружбу, передай отчет по нападению в тупике Глебу, а? – Ветров попытался состроить умильную рожицу, но у него ничего не получилось. Брутальное лицо, заросшее трехдневной щетиной, лишь скривилось в непонятной гримасе.
Бессонов вздохнул.
– А на этот раз что?
– Да мы с Дашкой на УЗИ собрались, – расплылся в улыбке будущий отец.
– И что? Это повод слинять с работы? – заворчал Тимур, недовольно смотря на друга. Стражи, в общем-то, и не обязаны были сидеть целый день в офисе, главным требованием было всегда быть на связи – а там хоть в горы лезь, но Ветров так часто отлынивал от работы, что уже начинал раздражать.