Оля была слабой. Из-за матери, которую бросил отец, и которая предпочла спрятаться от проблем в бутылке. Из-за хрупкого телосложения и слабого здоровья. Из-за отсутствия денег. Она на своей шкуре знала, как на тебя смотрят, если ты выбиваешься из общей массы в не лучшую сторону. Но при всех издевках, при всех обидных словах она не мечтала о возмездии. Она лишь хотела вырваться из всего этого, стать сильнее. Чтобы никто больше не мог ее обидеть. Стать выше всего этого.
– Как бы я хотела сбежать отсюда, Черныш, ты не поверишь. Просто исчезнуть и начать жизнь с чистого листа… – сказала Оля, трепля пса по холке. – Ты не поверишь, как я хочу сбежать…
Докурив, Морозова выдохнула и посиневшими от холода пальцами достала старенький телефончик. Набрав номер старосты, она долго вслушивалась в гудки.
– Морозова, ты че опухла? Ты на часы смотрела? – раздался в трубке сонный голос Артема.
– Смотрела. Пара через два часа.
– Ну! Я рядом живу, мне еще минут пятнадцать поспать можно было.
– Слушай, я к тебе с просьбой. Прикрой меня на лекции, ладно?
– Проблемы? – озабоченно спросил парень.
Он всегда хорошо относился к Оле. Помогал. Выручал.
– Нет, просто девчонка на работе подменить попросила, – соврала Морозова, кутаясь в курточку.
– Блин, ну так-то учеба важнее…
– Ну, так-то не будет работы, не будет и учебы, – хмыкнула девушка.
– Ну, логично, че. Ладно, прикрою.
Набрав следующий номер, Оля позвонила администратору кафе, в котором работала официанткой.
– Доброе утро, Элеонора Эдуардовна. Можно я сегодня выйду?
Семерелл сидел рядом и прислушивался к разговору. С трудом уговорив собеседницу на незапланированную смену, Оля вздохнула и, погладив пса по голове, улыбнулась.
– Вот и все. Сегодня на работу. Жди, вечером чего-нибудь вкусненького принесу.
Некромант в теле пса смотрел вслед удаляющейся девушки и сожалел. В последнее время это чувство все чаще посещало его. И причиной тому был его облик, который во многом его ограничивал. После смерти своего настоящего тела он мог переместиться в любого умирающего на расстоянии двух километров, но выбор пал почему-то именно на это животное. Хотя Семерелл знал почему. Он просто не хотел быть человеком.
Ему довелось прожить долгую и насыщенную жизнь, полную взлетов и падений. Настолько насыщенную, что, в конечном счете, он пресытился. Его даже радовала мысль о смерти, но Госпожа отказалась его забрать. Она даже не подпустила его к Грани, сказав, что он должен продолжать жить.
Назло ей или самому себе Семерелл овладел телом собаки и долгое время скитался по миру людей, не находя причин для собственного существования. Не способный умереть, он скатился в глубокую депрессию и совсем о себе не заботился, не внимая увещаниям единственного друга.
Встреча же с Олей была подобно рассвету, прорезавшему тьму. Ее тепло, нежность, беспредельное доверие, и то, с каким отчаянием она нуждалась в нем – все это пробуждало в нем желание жить. А вместе с ним и его самые возвышенные и самые низменные стремления. Он хотел стать ее другом, ее спасителем. Хотел, чтобы она продолжала одаривать его своей лаской. Только его.
Но что он мог в теле собаки? Только встречать ее и провожать до остановки. А тем временем она страдала, словно цветок на ветру, от жизненных трудностей. Семерелл не знал, что именно у нее случилось. Из всего услышанного и увиденного он понял лишь одно – проблема заключалась в деньгах. Он смотрел в ту сторону, где Оля исчезла из его вида. Если дело было только в них, то он мог ей помочь даже в теле пса. Неожиданно пришедшая в голову идея заставила его сорваться с места. Инстинктивно выбирая улочки, ведущие к центру города, он быстро достиг желаемого.