Семерелл не останавливаясь и не спрашивая разрешения, на ходу вскочил на диван и улегся, вытянув лапы. Глеб, усмехнувшись, обернулся крупным доберманом и последовал его примеру.
«Зачем было так пугать сотрудников?»
«Слушай, сделай себе и тому стражу одолжение, уволь его»
Глеб рассмеялся. В теле собаки этот звук был чем-то средним между лаем и фырчаньем.
«Чем же он так провинился?»
«Тем, что идиот. Почувствовать рядом с собой источник некромагии и даже не потрудиться его обнаружить. Это ведь же то же самое, что держать в руках табличку с надписью «Хочу стать зомби». Пушечное мясо способное привести к гибели не только себя, но и товарищей»
Неназванный задумчиво смотрел на друга. Это было редкость, увидеть среди эмоций Семерелла что-то кроме уныния и хандры. Сейчас он был явно раздражен. Вот только была ли причина в этом страже, или же дело было в чем-то ином?
«Что тебя привело ко мне? Ты редко сам приходишь»
«Мне нужны деньги и твоя помощь»
«Неожиданно. Впрочем, твои деньги в целости и сохранности. Что касается помощи, то я внимательно слушаю. Чем я могу тебе помочь?»
Семерелл повернул голову к рядом сидящему другу. Было видно, что внутри него происходит настоящая борьба. Глеб терпеливо ждал, что же выиграет в ее конце.
«Я прошу тебя помочь одной моей знакомой. Я не знаю, что именно произошло, но, кажется, ей нужны деньги»
«Это она тебя попросила?»
«Нет, для нее я лишь обычная собака»
С любопытством взглянув на друга, Глеб прищурился. Становилось все интересней. Столько вопросов. Почему он знает, что у нее что-то произошло, но не знает подробностей? И откуда ему известно, что ей нужны деньги? Глеб отмахнулся. Это проще простого. Услышал обрывок разговора или увидел что-то не предназначенное для его глаз. Но если учесть то, что эта знакомая считает его животным, а он пришел ради нее с просьбой, то вывод напрашивался сам собой. Для Семерелла это отнюдь не обычный человек. Вспомнив их недавний разговор на кладбище, Глеб предположил:
«Это в нее ты влюблен?»
«Да»
Глеб, который даже не рассчитывал на ответ, спросил:
«И давно?»
«Еще со времен Моны и Сергея»
Упоминание имени брата и его возлюбленной удивило неназванного. Сколько же прошло с того момента?
«Четыре года…»
«Четыре года прошло с того момента, как ты выполнил последнюю волю брата. С Олей же мы знакомы пять лет. Нет, почти шесть»
Глеб усмехнулся. «Выполнил последнюю волю брата». Да это звучит куда лучше, чем «убил брата». И не важно, что он сам просил об этом. Будь у Глеба возможность отказаться, он с удовольствием проигнорировал бы эту просьбу. Но он слишком хорошо понимал, что для Сергея значила смерть Моны. Особенно учитывая, что брат сам был повинен в этом. Зная все, он просто не мог ему отказать. И теперь его снова просили о помощи. И снова из-за женщины.
«Ладно, что именно ты хочешь, чтобы я сделал?»
«Узнай, что случилось и реши проблему. Но так, чтобы она ничего не узнала»
«И зачем тебе это делать втайне?»
Семерелл задумался. В его глазах сквозил вопрос: «Действительно зачем?». Неназванный, внимательно наблюдавший за другом, удовлетворенно хмыкнул. Если он еще способен критично мыслить, значит, не все так плохо и это не пустая одержимость, какой была его любовь к той графине.
«Ну, во-первых, потому что я в теле собаки…»
«Хорошо, это мне понятно. Почему тогда просто не перейти в человеческое тело? Разве в этом есть трудность?»
Собака вздохнула и положила свою лохматую голову на лапы.
«Есть. Черныша она знает, а в теле человека я могу ей и не понравиться»
Смех оглушительным лаем вырвался из пасти Островского.
«Черныш!»
«Глеб!», – возмутился Семерелл.
«Да ладно тебе, друг. Я все понимаю. Почему бы тебе тогда не выбрать тело, которое ей понравится, да и дело с концом»