Виктор усмехнулся. Он-то знает, что принёс все дневники этому чудаку.
— Номера миров. — Он замолчал и снова прикурил, — у тебя наверняка есть список миров, но ты его мне не принёс.
— Не, все, что было принес. — Ответил Витя и медленно встал, — я, пожалуй, пойду. Поздно уже, — и, продвигаясь к двери добавил, — у меня одна проблема — лунатизм, а этот бред больных фанатиков про какие-то там миры меня не интересует.
— Не одна. Мать твоя в единственном экземпляре осталась, только в своём мире.
Витя замер и обернулся.
— Что вы сказали?
— Мать и бабушка твои исчезли. — утвердительно ответил Геннадий.
— Ясно, — выдохнул Виктор, — Костя рассказал, — но вспомнил, что не рассказывал об этом другу. Даже Оксане не успел. Вчера приехал поздно, а сегодня она ускакала рано утром.
— Ты же знаешь, что нет. — Гена потрогал верхнюю пуговицу на рубашке и застегнул, поправив воротник, — но хочешь, можешь идти, конечно. Это же твой мир. — Он демонстративно отвернулся.
«Собственно, а что я теряю? — подумал Витя, — с ума не сойду, послушаю ещё».
— Дневники отдайте мне, пожалуйста, — сказал он и пошел к дивану, стараясь не наступить на разбросанные платы и микросхемы.
— Пожалуйста, — остался Гена на том же месте, наблюдая за Витей.
— Вы про тайные общества что-то сказали? — Спросил Виктор, складывая тетрадки в рюкзак, — разве сейчас существует нечто подобное?
— Конечно! — С энтузиазмом воскликнул инженер и присел рядом, растопырив ладошки. — Самая крупная называется «Вечность». — Он загнул большой палец правой руки, — они хотят стать чистой энергией, блуждающей по космосу без какой-либо цели. Остальные мелкие, не больше двадцати человек в каждой. — Гена начал перечислять какие-то названия, без деталей, поочередно загибая пальцы, — Лесники, Атлантида, Техногены, Шамбала, Авалон, Слепые, Гиперборейцы, Арийцы и ещё те, что в Царь-Древо верят, забыл как они зовутся. — Он разжал пальцы и сложил ладони на коленях. — Есть ещё мизерные по два-три человека, но о них мало известно, а раскиданы по всему миру. Так вот, — он повернулся к Вите, который уже собрал все свои тетрадки и застегнул рюкзак, — в их самых древних рукописях есть информация про некое место в параллельной реальности откуда можно попасть в другой мир. Описано всё точь-в-точь как у тебя в дневниках. Но только! — он резко вскочил, — только у тебя сразу про все, а у них обычно только про один! — и заходил по комнате взад-вперед, наступая на ломающиеся с треском платы. — Страшно подумать, Витя, кто ты такой!
Геннадий остановился и раздул ноздри, отчего Виктор вжался в диван.
— Но…, — глянул инженер в потолок, — похоже, что-то пошло не так, прикусил губу и повторил, — что-то не так.
— Что? — поддался Витя размышлениям Геннадия.
— Вечность в последние пять лет очень оживилась. — Он вздохнул и с насмешкой добавил, — верхушка сменилась, появился какой-то Учитель.
Виктор вспомнил Оксану. Она же пошла на какой-то тренинг к Учителю. Неужели правда попала в секту? Пусть Геннадий и называет эту Вечность тайным обществом, а по сути, скорее всего, это секта и есть! Но зачем? Зная её, это совсем неспроста. Хотя, с другой стороны, такие разительные перемены произошли в ней… «Не, бред» — улыбнулся Витя своим дурацким мыслям, — «вот так и промывают мозги, как этот Гена». Он демонстративно достал телефон:
— Извините, Геннадий, очень интересно, но я пойду. — с наигранным сожалением сказал он.
— Да, да, Витя, иди. — Ответил инженер судя по всему уже погрузившийся в какие-то размышления. — Приходи в четверг.
— У меня работа. Может быть, на выходных.
— Не будет работы, — прикрывая дверь ответил Гена.
Витя решил не уточнять что тот имел в виду. Достаточно безумия на один вечер. В душной маршрутке, несмотря на укачивание, он всё же достал телефон и написал Косте:
«Извини, больше к Гене не пойду. Он точно душевнобольной!».
10
Отходящие на стыках обои заставили в очередной раз пожалеть о том, что ремонт он делал самостоятельно. Заманался их клеить с Костиком, так ещё и отпадать начинают. Ничего, можно делать так же как родители — по краешку чуть смазать клеем, слепить вместе и будто всё идеально. В какой-то книжке Витя читал, что каждый день нужно просыпаться так, будто это какой-то праздник, День Рождения или Новый Год, например. Когда ты, как в детстве, наполнен ощущением чуда, радуешься уже тому, что начался этот день. Совершенно бессмысленная теория. Сразу видно, что книгу писал человек, не знающий жизненных трудностей. Наверняка, вырос в богатенькой семье, отучился в каком-нибудь приличном колледже, поступил в университет. Вышел оттуда с убеждением будто знает всё обо всём и давай умничать в книжках, чтоб денег заработать на псевдо-инновационных методах саморазвития. Хотя сегодня Витя проснулся как раз с таким же настроением, как в День Рождения — с надеждой на чудо. Разглядывая обои, он представлял, что позвонит маме, а они с бабушкой дома, пьют утренний чай. Пусть они даже не вспомнят что с ними произошло, но будут живы и здоровы. Тогда он возьмёт выходной, чтоб как можно скорее их обнять. Уберет листья и гнилые яблоки во всём дворе, смажет скрипящие межкомнатные двери и разберет сарай с инструментами. Сделает всё, только бы они больше не исчезали.