Такие ляпы запоминаются накрепко. Смотрю я сейчас на выходящую из бухты Энсенада Хонда яхту, а перед глазами опять промелькнул надвигающийся острый форштевень в пене. Часто теперь я эту картинку вижу. Ох, как часто.
Домой
Кулебра
Апрель 2013 г.
Теплый вечер. Над головой звездное небо. Через пару часов поднимется огромная желтая луна. Любопытно, а почему она желтая? Я ведь стою у маленького островка в Карибском море, и о промышленном загрязнении атмосферы здесь и речи быть не может. Никаких предприятий эдаких нет на сотни миль вокруг. Может она желтая из-за пыли? Кто-то мне говорил, что сюда пыль из Сахары доносит. Кто его знает? Может и так. Доносит же сюда водоросли из Саргассова моря, а до него, наверное, больше тысячи миль будет. В определенный сезон эти желто-бурые водоросли пучками везде плавают.
Положив локти на поручни, сижу в дверях салона своей яхты и смотрю на бегущую подо мной воду. Сейчас она темная, а при лунном освещении будет четко видно дно лагуны.
Слушаю прибой на рифе, слушаю, как с хлюпающим звуком бьется о дно резиновой лодки мелкая волна. Этот звук настолько привычен, что, проснувшись ночью, первым делом сонным сознанием отмечаю – динги на привязи за «Мамбой», все в порядке.
Мысли крутятся вокруг того, как лихо мы сегодня подошли к мурингу.
Муринг это швартовый буй. Выглядит это дело так: в песчаное дно лагуны ввинчен огромный двухметровый стальной штопор. На конце его металлическое кольцо. К нему крепится толстый трос, на нем белый пластмассовый шар диаметром сантиметров сорок. А от шара трос с петлей.
С двух сторон на шаре черной краской написано DRNA – Департамент охраны природных ресурсов. На Кулебре все швартовые буи являются публичными, то есть, бесплатными. А вот на Американских Виргинских островах они все или частные (тогда с владельца ежегодно взимают за буй определенную сумму), или находятся в ведении природных заповедников, и, опять-таки, ты должен оплатить стоянку. По-моему, 15 долларов в сутки.
Так что на Кулебре мы избалованы – все муринги твои. Какой свободен, на тот и становись. Стоят они на разных глубинах, иногда у тебя под килем двадцать футов, а иногда и три. В безветренную погоду во время отлива яхту разворачивает кормой к рифу, и на некоторых мурингах в это время под кормой практически вообще воды не остается. Один раз таким образом «Мамба» даже на мели оказалась на несколько часов. Вечером, однако, прилив ее аккуратно приподнял, и яхта тихо и спокойно вернулась в естественное для судна состояние.
Итак, шар плавает на поверхности, а от него тянется еще метра два троса с петлей на конце. Вот за нее и цепляешься, когда приходишь.
Таких мурингов в лагуне Дэкити десятка два. Еще на подходе, с моря, намечаешь, к какому из свободных белых шаров будешь становиться. Швартоваться к мурингу очень просто – подошел вплотную к шару, потом нужно поймать багром трос, поднять его на борт, продернуть в петлю наш канат, сложить его вдвое и обернуть вокруг капстана. Канат набрасывается на торчащие впереди форштевня полозья для второго якоря. Все, швартовка закончена, глуши мотор.
На практике все оказывается сложнее. Есть ветер, есть течение, есть инерция движения судна.... то есть, масса факторов, определяющих, отшвартуешься ли ты с ходу или будешь топтаться вокруг буя до посинения, вызывая ехидные смешки у обитателей соседних яхт.
Как искусство летчика определяется посадкой, так и искусство управления яхтой – тем, насколько умело ты маневрируешь в стесненных местах, в частности, насколько чисто становишься на муринг. Иногда бывает, что кто-то по четыре-пять раз подходит, и никак швартовка не удается. То слишком быстро подошел, то рано ход погасил, то ветер не учел, и яхту сносит, вырывая трос (а иногда и багор) из рук.