Подобного рода эксперименты могут повторяться неоднократно, растягивая период высокой инфляции и падения производства…
Высокая инфляция вызывает существенно более глубокое расслоение общества по уровню доходов и повышение показателей неравенства по сравнению со странами, которые оказались способными с самого начала отказаться от популистской политики, от попыток решать хозяйственные проблемы за счет масштабной денежной эмиссии, наращивания бюджетных расходов и в результате быстро справились с высокой инфляцией…
Экономические реформы и процессы макроэкономической стабилизации в России были медленными, период экстремально высокой инфляции растянулся на четыре года. Две попытки финансовой стабилизации (зима – весна 1992 года и осень – зима 1993 года) оказались политически не обеспеченными, сменились быстрой экспансией денежного предложения. Представители традиционной хозяйственной элиты на протяжении всего периода сохраняли мощную базу поддержки в парламенте, региональных администрациях, а с весны 1992 года – и в федеральном правительстве. Контроль со стороны хозяйственной номенклатуры над правительством был консолидирован в декабре 1992 года, когда, при поддержке Съезда народных депутатов, правительство возглавил В. С. Черномырдин, человек, вся предшествующая работа которого была теснейшим образом связана с сектором крупных социалистических предприятий…
Закон о банкротстве предприятий был принят с большим опозданием и до 1996-1997 годов практически почти не применялся…
После очередной вспышки инфляции осенью 1994 года правительство начало наконец более или менее последовательно осуществлять стабилизационную программу, предполагающую отказ от эмиссионного финансирования дефицита бюджета и его сокращение, что и позволило к осени 1995 года сбить инфляцию до умеренных значений…”.
Осень 1994-го, осень 1995-го – это уже за пределами данной книги. Что касается 1993 года, на протяжении его, вплоть до октябрьского мятежа, никакого серьезного просвета в экономике, увы, так и не появилось.
III. РЕФЕРЕНДУМ
Хасбулатов обозначает стратегические цели
Перемирие между Ельциным и его противниками закончилось раньше, чем можно было ожидать, – сразу же после новогодних и рождественских праздников. В двух номерах карманной хасбулатовской “Российской газеты” – за 9 и 10 января – была опубликована пространная статья спикера, где он фактически поставил под сомнение правомерность компромисса, достигнутого на VII съезде. В сущности, это был первый шаг к тому, чтобы аннулировать соответствующее съездовское постановление.
Хасбулатов вновь обрушился на президента и его окружение, обвиняя их во всех смертных грехах, хотя имя Ельцина во вполне византийской манере ни разу в статье не упоминалось. По словам спикера, постановление о стабилизации конституционного строя пришлось принимать из-за того, что некие нехорошие люди “резко и сознательно обострили” противоречия между исполнительной и законодательной властью, что какие-то “высшие должностные лица”, “желающие продемонстрировать свою силу (часто от бессилия)”, вызывали один кризис за другим, да и вообще “высшая исполнительная власть безоглядно ринулась в пропасть, увлекая туда все общество”. Общество надо было спасать. Потому, дескать, и пришлось пойти на компромисс.
В самом постановлении автор задним числом усмотрел ряд огрехов. Главный из них – неправомерная процедура принятия документа: поскольку он представляет собой некий набор поправок к Конституции, то и принимать его следовало двумя третями общего числа депутатов, а не простым большинством…
Спрашивается, чего ж вы раньше-то молчали? Как пишет Хасбулатов, “соображения общественно-политической целесообразности пересилили соображения конституционной правосоразмерности”. Понятно. Цель оправдывает средства.
Впрочем, позже последует несколько иное объяснение – знаменитое объяснение через ссылку на попутавшего г-на Хасбулатова беса.
Что касается референдума по основным положениям новой конституции, назначенного Съездом на 11 апреля, у Хасбулатова в этой связи тоже возникает, по его словам, “много вопросов, сомнений и раздумий”. Прежде всего, “не очевидно, что на референдум придет требуемое большинство избирателей”: многие из них явно разочарованы эффективностью такого рода мероприятий. Да и деятельность тех лиц, “которые требуют от людей доверия”, далеко не устраивает население.
Тут, надо полагать, опять-таки имелись в виду Ельцин и его команда – самому-то Хасбулатову со товарищи, как уверен спикер, народ безоглядно доверяет.
В действительности рейтинг Ельцина в течение всего времени противостояния двух властей был несопоставимо выше хасбулатовского рейтинга.
Очень сильно сомневается Хасбулатов, что в референдуме примут участие субъекты Федерации: “уже при проведении союзного референдума о сохранении Союза в обновленной форме, как, впрочем, и республиканского по вопросу об утверждении поста президента, многие регионы просто отказались принимать в нем участие; не создается ли такая ситуация и теперь?”. К тому же надо учесть, что один из вопросов, который предлагается вынести на него, – это вопрос о национально-государственном устройстве России. Как считает Хасбулатов, “сама постановка подобного вопроса способна вызвать сильнейшие дезинтеграционные процессы”. “Не распадется ли Россия после такого референдума?” – вопрошал автор.