Громов сомневался ещё секунду, но вид пустого кувшина Лиры и память о лёгкости в плече перевесили.
«Ладно! — рявкнул он. — Но если ты меня подведёшь...»
«Если я вас подведу, вы всегда можете вышвырнуть меня в ту же сточную канаву, куда якобы пролилось молоко, — закончил за него Артемий. — Но это не понадобится.»
Через полчаса они шли к служебному входу цитадели — Громов, важный и надутый, Лира, несущая корзину с образцами обычного хлеба, и Артемий, в чьей котомке лежали те самые «целебные» булочки. Его лицо было скрыто капюшоном, но разум работал на полную мощность.
Он не просто пробирался в логово врага. Он делал это с рекомендацией. Под прикрытием. Это был изящный ход, куда более тонкий, чем попытка проникнуть через библиотеку.
Стражник у калитки, тот самый простоватый парень, лениво кивнул Громову.
«Опять с хлебом? Проходи.»
Громов указал большим пальцем на Артемия.
«Мой племянник. Помощник. Будет теперь со мной ходить.»
Стражник равнодушно скользнул взглядом по фигуре в плаще и махнул рукой. «Ладно.»
И вот он переступил порог. Каменная арка сомкнулась над ним, и он оказался внутри. Во внутреннем дворе цитадели. Воздух был другим — не таким затхлым, как в городе, но и не свободным. Он был тяжелым, насыщенным запахом власти, камня и скрытых угроз.
Первый рубеж был взят. Хирург вошёл в операционную. Теперь предстояла самая сложная часть — не задеть нерв и не задеть сосуд, чтобы тело не отвергло инородное тело. Чтобы цитадель Арданов не распознала в скромном помощнике пекаря того самого «пожирателя теней», которого так ищет лорд Кассиус.
Артемий глубоко вдохнул, чувствуя, как его внутренний камертон отзывается на новые, мощные ритмы, бившиеся в стенах этой крепости. Где-то здесь был старый и больной лорд Каэл. Где-то здесь — его коварный дядя. И где-то здесь — ответы, которые ему были так нужны.
«Ну что ж, — прошептал он сам себе. — Начинаем обход пациентов.»
Внутренний двор цитадели был не единым пространством, а сложным лабиринтом, разделённым стенами, переходами и внутренними бастионами. Громов, кряхтя и отдуваясь, повёл их через серию арок, мимо конюшен, кузницы и колодца. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом лошадей, дыма и вечной сырости камня. Артемий шёл, опустив голову, но его глаза, скрытые капюшоном, впитывали каждую деталь, а внутреннее чувство — тот самый «камертон» — было напряжено до предела.
Цитадель звучала. Это был целый оркестр вибраций. Где-то вдалеке, в верхних этажах главной башни, он улавливал слабый, прерывистый, словно затухающий импульс — старый, больной организм. Лорд Каэл. Ближе, в одном из боковых крыльев — жёсткий, агрессивный, словно отточенная сталь, резонанс. Полный амбиций, напряжённой энергии и... едва уловимой тревоги. Лорд Кассиус. А вокруг — рой более слабых сигналов: слуги, солдаты, ремесленники. Каждый со своей частотой, своими мелкими заботами и болезнями.
Он чувствовал себя слепцом, который внезапно обрёл способность «видеть» мир через звук. Это было ошеломляюще и опасно. Нужно было научиться фильтровать этот шум, вычленять нужное, не давая ему захлестнуть собственное сознание.
Их путь лежал на кухню — огромное, продымленное помещение с низкими сводчатыми потолками, где десятки поваров и помощников суетились у плит, котлов и вертелов. Воздух дрожал от жары и грохота посуды. Громов, видимо, был здесь своим человеком. Он кивнул толстому, вспотевшему мужчине в белом, заляпанном фартуке — главному повару.
«Борович! — крикнул Громов, стараясь перекрыть шум. — Принёс новый хлеб! И познакомь — мой племянник, Артем. Из Дальних Холмов. Разбирается в целебных травах и всяких таких штуках.»
Борович, его вибрация была похожа на кипящий бульон — насыщенная, жирная, с примесью хронической усталости и раздражения, оценивающе посмотрел на Артемия.
«Племянник? Не знал, Громов, что у тебя родня есть. Ну ладно. А насчёт хлеба... знаешь, не до того. Старого лорда опять лихорадит. Ничего в рот не берёт. Все нервы измотали.»
Артемий шагнул вперёд, слегка отстранив Громова.
«Господин Борович, именно поэтому я и здесь. Мой дядя скромен, но я могу предложить не просто хлеб. Лёгкую, питательную выпечку, которая может помочь вернуть аппетит и облегчить страдания лорда.»
Борович фыркнул.
«Очередной шарлатан? У нас тут новый лекарь лорда Кассиуса каждый день с зельями приходит. Толку — ноль.»