Он должен был действовать быстрее.
На следующее утро он, пользуясь своим статусом архивариуса, запросил доступ в казначейство — под предлогом поиска старых налоговых ведомостей для изучения экономических циклов в контексте «резонансных теорий». Лоренц, сухой, костлявый старик с глазами-бусинками, встретил его с откровенным подозрением.
«Казначейство — не библиотека, юноша, — просипел он. — Здесь хранятся серьёзные документы. У меня нет времени на ваши... умствования.»
«Лорд Каэл лично заинтересован в этом исследовании, — вежливо, но твёрдо парировал Артемий. — Он считает, что экономические колебания могут быть прямым отражением циклов Тишины. Ваша помощь будет высоко оценена.»
Упоминание имени старого лорда и пугающего слова «Тишина» подействовали. Лоренц, поколебавшись, провёл его в архив — тесное, заставленное стеллажами помещение с тяжёлым воздухом, пахнущим пылью и старыми чернилами.
Пока казначей с недовольным видом искал требуемые свитки, Артемий незаметно изучал его. Вибрация Лоренца была скрипучей, нервной, полной скрытой тревоги. Он постоянно поглядывал на дверь, будто ожидая, что в любой момент ворвутся солдаты Кассиуса.
«Сложные времена, — тихо заметил Артемий, делая вид, что разглядывает графы на одном из свитков. — Управлять казной, когда наследник так... активен в своих тратах.»
Лоренц вздрогнул, как ужаленный.
«Я не комментирую распоряжения правящего дома, — отрезал он. — Я всего лишь слуга.»
«Слуга, который знает цену каждому медяку, — Артемий улыбнулся. — И, я подозреваю, знает, куда утекают некоторые средства, не предназначенные для учёта.» Он посмотрел прямо на казначея. «Лорд Каэл начинает выздоравливать. И он всегда ценил... эффективность. И преданность. Тех, кто помог ему в трудную минуту, ждёт щедрая награда. А тех, кто встал не на ту сторону... — он сделал многозначительную паузу, — ...ждёт суд. И, возможно, конфискация.»
Он видел, как горло Лоренца содрогнулось. Старик понимал намёк.
«Я... я не знаю, о чём вы, — пробормотал он, отводя взгляд. — Вот ваши ведомости. Можете забрать их. У меня много работы.»
Артемий взял свитки. Он не ожидал мгновенного перехода на свою сторону. Он лишь бросил удочку. Теперь нужно было ждать, клюнет ли запуганная рыба.
Выйдя из казначейства, он столкнулся лицом к лицу с Силой Валерьян. Она стояла, опёршись о противоположную стену, словно поджидала его.
«Казначейство, архивариус? — её голос был ровным, но в нём слышалась лёгкая ирония. — Изучаете, сколько стоит содержание цитадели? Или, может быть, ищете... финансовые нестыковки?»
«Знание — это ключ ко многим дверям, капитан, — ответил Артемий. — В том числе и к тем, за которыми скрываются истинные намерения.»
Она кивнула, её взгляд скользнул по дверям казначейства.
«Лоренц... полезный человек. Если знать, как на него надавить. Но будьте осторожны. Он как флюгер — поворачивается туда, откуда дует самый сильный ветер. А сейчас ветер... меняется.»
Она отошла от стены и сделала шаг к нему.
«Капитан Малкон, — произнесла она тихо. — Командует Северными воротами. Он человек чести. И ему не нравится, когда его людей используют как мальков для битья.» Она повернулась, чтобы уйти, но бросила через плечо: «И, архивариус... по слухам, в городе появились странные личности. Охотники за ересью. Говорят, они ищут кого-то. Возможно, вам стоит быть ещё осторожнее.»
С этими словами она ушла, оставив его с двумя новыми ключевыми именами в голове — Малкон и охотники за ересью. И с твёрдым пониманием, что Сила Валерьян не была на стороне Кассиуса. Она была на стороне порядка. И сейчас она дала ему понять, что видит в нём потенциальный инструмент для его восстановления.
Сеть медленно начинала сплетаться. У него были глаза и уши среди слуг и стражи. Была зацепка в казначействе. И была молчаливая поддержка капитана гвардии. Но против него играли наследник лорда, таинственный лекарь-убийца и, возможно, целая инквизиция.
Война в тени набирала обороты. И Артемий понимал, что следующая атака Кассиуса не за горами. Ему нужно было быть готовым. Или проиграть, так и не успев понять, какую роль ему предстоит сыграть в грядущей Тишине.
Слова Силы Валерьян повисли в воздухе холодным предзнаменованием. Охотники за ересью. Ищут кого-то. Артемий не сомневался, кого именно. Сломанное ухо на плаще незнакомца в подвале и его медальон-усилитель были двумя полюсами древнего противостояния. Инквизиция не просто существовала — она была здесь, в стенах цитадели, и её щупальца уже протянулись к нему.
Он поблагодарил капитана кивком, слишком осознавая всю глубину оказанного ему доверия. Этот разговор был больше чем предупреждением; это было предложение союза. Сила давала ему шанс, но этот шанс был отлит из хрупкого стекла — одно неверное движение, и он разобьётся, рассыпавшись на тысячи острых осколков.