Их обнаружили, когда они преодолели уже треть пути. Один из лучников, обернувшись чтобы взять новую стрелу, увидел две бегущие фигуры у самой стены.
«Сзади!» — закричал он.
Головы лучников повернулись. На секунду в их резонансе воцарилось смятение, затем — ярость. Несколько человек тут же развернулись, натягивая тетивы.
«Беги!» — крикнула Сила, ускоряясь.
Артемий бросился за ней. Свист первой очереди стрел пронзил воздух. Одна вонзилась в деревянную панель в сантиметре от его головы, другая — отрикошетила от его наплечника с противным звоном. Адреналин ударил в виски, заставив забыть об усталости.
Сила не стала уклоняться. Она ринулась на ближайшую группу лучников. Её меч описал короткую, смертоносную дугу. Двое лучников рухнули, не успев понять, что происходит. Третий отступил, но Сила была неумолима. Удар, ещё удар — и на каменном полу растеклось алое пятно.
Артемий тем временем столкнулся лицом к лицу с молодым солдатом, который, бросив лук, пытался вытащить короткий меч. Глаза парня были полны страха. Артемий не думал. Он действовал на инстинкте выживания. Он бросился вперёд, его собственный клинок встретился с клинком противника. Скрип металла. Артемий был слабее, его отбросило назад. Солдат занёс меч для удара.
И снова внутри всё сжалось. Не хронофагия. Не гармонизация. Нечто иное, первобытное. Страх. Желание жить. Он не потянулся к времени солдата. Он потянулся к его страху. К той самой эмоции, что питала Вигора.
Он усилил её.
Это не было поглощением. Это было… резонансным толчком. Он послал обратно солдату его же собственный, многократно усиленный ужас.
Глаза парня остекленели. Его рука дрогнула. Он не крикнул, не атаковал. Он просто застыл, обездвиженный паникой, а затем, бросив меч, побежал прочь с диким воплем.
Артемий стоял, тяжело дыша, глядя ему вслед. Он не убил его. Но то, что он сделал, ощущалось не менее грязным. Он украл не время, а рассудок. Ненадолго. Но всё же.
«Артемий!» — голос Силы вернул его к реальности. Она проложила им путь, отбросив ещё нескольких лучников. До лестницы в Северное крыло оставалось не больше двадцати шагов.
Но путь преградили новые фигуры. Не лучники. Из тени колонн вышли трое. Их чёрные плащи были без единой пылинки. Инквизиторы. Они шли медленно, неспешно, их скрытые лица были обращены к беглецам. Их пустотные резонансы сливались в одну леденящую стену, гася весь шум и хаос вокруг. Казалось, они принесли с собой карман абсолютной Тишины.
«Беги к лестнице, — сказала Сила, становясь между ними и Артемием. Её меч был готов. Её воля снова сконцентрировалась в то самое острое лезвие. — Я задержу их.»
«Нет! — Артемий схватил её за рукав. — Ты не справишься с тремя. Не одна.»
Он посмотрел на инквизиторов, на их мертвенную, безразличную уверенность. Он почувствовал, как медальон на его груди снова затеплился тёплым, живым светом. Библиотека. Знание. Гармония. Это было их оружие. Не грубая сила.
«Доверься мне ещё раз, — сказал он, выходя вперёд. — Мы пройдём не сквозь них. Мы пройдём… сквозь их иллюзию.»
Он закрыл глаза, отсекая ужасающую картину боя, крики, пустоту инквизиторов. Он искал внутри себя тот самый, чистый тон Бытия, что услышал в Сердце Библиотеки. Тот самый фундаментальный закон, на котором держится реальность. И он начал его напевать. Тихо. Всего лишь шёпотом. Но он вкладывал в этот шёпот всё, что у него было.
Он не атаковал инквизиторов. Он атаковал саму их пустоту. Он напоминал реальности вокруг них, какой она должна быть. Он вплетал нити здравого смысла, логики, жизни в ту мёртвую ткань, что они вокруг себя соткали.
Инквизиторы замедлили шаг. Их стройные ряды дрогнули. Для них мир, лишённый резонанса, был нормой. А тут вдруг пространство вокруг Артемия и Силы начало «звучать» с невыносимой, ослепительной ясностью. Для существ, привыкших к тишине, этот внезапный хор жизни был подобен удару молота по наковальне прямо у них в мозгах.
Один из инквизиторов пошатнулся, схватившись за голову. Другой издал шипящий звук, больше похожий на ярость раненого зверя, чем на человеческий голос. Их дисциплина дала трещину.
«Сейчас!» — крикнул Артемий.
Они ринулись вперёд, не прямо на них, а вдоль стены, пользуясь моментом смятения. Сила, пробегая мимо, плашмя ударила одного из инквизиторов эфесом меча по голове. Тот грузно рухнул. Двое других не успели среагировать — их резонансные щиты были сломаны, а сами они дезориентированы.