Когда она вышла, Артемий остался наедине с Каэлом.
«Вы верите, что я могу это сделать?» — тихо спросил он.
«Я верю, что ты — единственный, кто может, — ответил старый лорд. — Потому что ты борешься не только с Вигором. Ты борешься с самой природой энтропии. И с самим собой. И пока ты помнишь, кто ты — не Слушатель, не Хронофаг, а Хирург — у тебя есть шанс.»
Артемий кивнул. Он снова взял медальон. Он был холодным. Но теперь эта холодность была ему знакомой. Как холод скальпеля в руке перед началом операции.
Он смотрел в окно на опускающиеся сумерки. Где-то там, в темноте, шли паломники с ящиком, несущим холод и тишину. А он готовился к самой важной операции в своей жизни. Операции, объектом которой будет сама пустота.
Третий путь начинался здесь. С одного ящика. И с готовности снова посмотреть в бездну. Но на этот раз — не как жертва, не как соискатель силы, а как врач, вооружённый знанием и решимостью найти лекарство.
Рассвет не принёс утешения. Серая, холодная заря застала отряд уже в седле. Десять человек — Сила, Артемий, Рорк, Лир и семеро лучших бойцов гвардии, отобранных лично капитаном. Они выехали из ворот цитадели, не оглядываясь, оставив за спиной тёплый, пусть и наполненный тревогой, огонёк домашнего очага. Их путь лежал на юг, к пыльному торговому тракту, где был замечен странный караван.
Артемий молчал всю дорогу. Он сидел в седле, автоматически следуя за остальными, но его разум был полностью погружён в вычисления. Он мысленно проигрывал все возможные сценарии, строил модели резонансного взаимодействия, пытался предугадать свойства того, что находилось в ящике. Он не думал о бое. Он думал о заборе образца. Для него предстоящая стычка была не сражением, а биопсией — рискованной процедурой изъятия ткани опухоли для анализа.
Сила, напротив, была сосредоточена на тактике. Она выбрала место для засады — узкий участок дороги между высокими скалами, где обоз неизбежно замедлит ход. Её люди заняли позиции на склонах, натянув тетивы луков. Никаких предупреждений, никаких переговоров. Приказ был ясен: быстрое и безжалостное обезвреживание. Цель — ящик. Любые, кто попытается его защитить, должны быть устранены.
Они прождали несколько часов. Солнце поднялось выше, но день оставался холодным и ветреным. Пыль, поднятая ветром, висела в воздухе, заставляя щуриться. И вот, наконец, на дороге показалась группа людей.
Они двигались именно так, как описал гонец — медленно, размеренно, словно нехотя. Их было около пятнадцати. Одеты в простые серые робы, лица скрыты глубокими капюшонами. Они не разговаривали, не оглядывались по сторонам. Их ноги поднимали облачка пыли, но казалось, что сами они невесомы. В центре группы четверо несли на плечах простой, неокрашенный деревянный ящик размером с небольшой сундук. От него, даже на таком расстоянии, Артемий почувствовал тот самый, знакомый леденящий холод. Это была не температура. Это было ощущение пустоты, доносящееся словно из-за толстого стекла — приглушённое, но не менее жуткое.
«Приготовиться, — тихий, как шелест змеи, приказ Силы заставил всех напрячься. — По моей команде.»
Паломники приблизились. Теперь Артемий мог разглядеть детали. Их руки, сжимавшие древки носилок, были бледными, почти восковыми. Движения — механическими, лишёнными малейшей естественной плавности. Они были не живыми людьми, а марионетками, в которых вдохнули подобие жизни с помощью той самой силы, что была в ящике.
«Лучники… огонь!» — скомандовала Сила.
Свист стрел пронзил воздух. Первая же очередь скосила половину паломников. Они падали беззвучно, не издавая ни криков, ни стонов. Их тела, казалось, не содержали крови — лишь серую, мелкую пыль, что поднималась в воздух на месте падения.
Но оставшиеся семь — те, что несли ящик, и трое, шедших впереди, — даже не дрогнули. Они просто остановились. И повернули головы в сторону засады. Из-под капюшонов не было видно лиц — лишь густая, непроглядная тень. Но Артемий почувствовал, как на него обрушивается волна того же леденящего безразличия, что исходило от ящика. Только теперь оно было направленным. Сфокусированным.
«Вторая очередь!» — крикнула Сила.
Но стрелы, выпущенные лучниками, не долетели до цели. Они замерли в воздухе в нескольких футах от паломников, словно врезались в невидимую, абсолютно твёрдую стену, а затем с тихим шелестом рассыпались в прах.
Сила выругалась и выхватила меч.
«В атаку! В ближний бой!»
Она первой соскочила со склона, её бойцы последовали за ней. Артемий остался наверху, его взгляд был прикован к ящику. Он видел, как Сила с размаху ударила мечом по невидимому барьеру. Клинок, закалённый в десятках боёв, с громким хрустом раскололся, словно стекло. Отдача отбросила Силу назад, она едва удержалась на ногах.