Когда он наконец открыл глаза, было уже темно. Он сидел в том же положении, его тело одеревенело, а на лбу выступили капли пота. Но в его глазах горел огонь. Огонь победы.
Он поднял руку. На его ладони лежал не физический объект, но все присутствующие увидели его — маленькую, мерцающую сферу из чистого света. Она не излучала тепло и не слепила глаза. Она просто была. И от неё исходило чувство… незыблемого покоя.
«Прототип, — прошептал Артемий. Его голос был беззвучным, но они его услышали. — Первая доза.»
Лир смотрел на сферу с благоговейным страхом.
«Что она делает?»
«Она… напоминает реальности, какой она должна быть, — сказал Артемий. — Она не лечит. Она стабилизирует. Даёт точку опоры.» Он сжал ладонь, и сфера исчезла, слившись с ним. «Теперь нам нужно испытать её. Найти один из узлов Вигора и посмотреть, сработает ли теория на практике.»
Он посмотрел на Гору Голоса. Безумный монолог в его сознании стих, сменившись тихим, ровным гулом. Он не исцелил рану мира. Но он принёс ей минутное облегчение. И этого было достаточно, чтобы двигаться дальше.
Третий путь больше не был теорией. Он получил своё первое оружие. Игрушечное, хрупкое, но настоящее. Теперь предстояло узнать, сможет ли он выстрелить.
Возвращение из Горы Голоса было возвращением из иного измерения. Обычный мир — с шумом ветра, пением птиц, шепотом листьев — казался теперь неестественно ярким, почти кричащим. После всепоглощающего монолога планеты эти земные звуки резали слух, как грубая фальшь после симфонии. Артемий шёл, ощущая внутри себя инородное тело — ту самую резонансную копию Источника, что теперь пульсировала в нём холодным, неумолимым ритмом вечности. Она была не частью его, а инструментом, вживлённым в его сущность. Инструментом, который он должен был научиться использовать.
Лир шёл рядом, постоянно поглядывая на него. Мальчик чувствовал перемену. Резонанс Артемия теперь напоминал не человека, а некий гибрид — уставшую, повреждённую человеческую основу, сквозь которую пробивался идеально ровный, безжизненный свет абсолютного порядка. Это было пугающе.
В цитадели их ждало тревожное известие. Капитан Малкон, его лицо было мрачным, встретил их у ворот.
«Новые отчеты с окраин, — он протянул Силе свёрток пергаментов. — Деревня Ржавый Ручей. Полностью вымерла. Не просто убита. Она… стёрта. Как будто её никогда и не было. Ни тел, ни пепла. Дома стоят нетронутые, но в них пустота, от которой кровь стынет в жилах.»
Сила пробежала глазами отчёт, и её лицо стало каменным.
«Ещё одна. Третья за неделю. И каждый раз — дальше вглубь наших земель.» Она посмотрела на Артемия. «Его сеть растёт. И она стала… агрессивной. Раньше его паломники просто несли ящики. Теперь они оставляют после себя мёртвые зоны.»
Артемий взял у неё отчёт. Он не читал слова. Он закрыл глаза и провёл пальцами по пергаменту, пытаясь уловить эхо произошедшего. И он уловил. Слабый, но отчётливый след. Тот самый, знакомый резонанс распада, но теперь не сконцентрированный в ящике, а разлитый по всей площади деревни. Как будто узел сети не просто создали, а… активировали. Взорвали.
«Он не просто строит паутину, — тихо произнёс Артемий, открывая глаза. — Он тестирует её. Проверяет её разрушительный потенциал. Деревни — это полигоны.»
«И мы следуюшие на очереди?» — мрачно спросил Малкон.
«Рано или поздно — да, — ответил Артемий. — Но у нас теперь есть кое-что, чего у него нет.» Он посмотрел на свою ладонь, где чуть заметно мерцала резонансная копия Источника. «У нас есть противоядие. И нам нужно его испытать. Немедленно.»
Они не пошли в библиотеку. Они направились прямиком в покои лорда Каэла. Старый лорд сидел у камина, завернутый в плед, но его ум был острее любого клинка.
«Деревня Ржавый Ручей, — начал Артемий без предисловий. — Это наш полигон. Нам нужно туда отправиться. Сегодня же.»
Каэл внимательно посмотрел на него.
«Ты уверен в своём инструменте?»
«Нет, — честно признался Артемий. — Но у нас нет времени на уверенность. Если мы не проверим его сейчас, следующей стёртой с лица земли может оказаться цитадель.»
Сила поддержала его.
«Он прав. Мы должны действовать. Я соберу ударный отряд.»
«Нет, — покачал головой Артемий. — Только я и Лир. И, возможно, Рорк, если он в состоянии. Больше людей — больше риска. То, что я собираюсь сделать, требует тонкости, а не грубой силы.»
Сила хотела было возразить, но Каэл поднял руку.
«Доверься ему, капитан. Эта битва происходит на уровне, где наши мечи бесполезны.»