— Понравились?
— Всегда мечтал жить в той эпохе, — не задумываясь, сказал Аматрис. — Во времена огней, красоты и роскошных вечеринок. В дни, когда носили смокинги и танцевали фокстрот… Сейчас мне кажется, будто давно утраченное прошлое возникло предо мной наяву. Я вижу вас и мы разговариваем, хотя вы умерли задолго до моего рождения.
Актриса слегка улыбнулась и коснулась его пальцев своими. Рука Катрионы была немного прохладной, с гладкой кожей. Она подержала его ладонь в своей пару секунд и отняла руку.
— Как видишь, — произнесла Катриона, — меня можно принять за живую.
— Полагаю, вы не андера.
— Безусловно, — актриса едва заметно кивнула. — Призраки сформированы памятью о них, я же то немногое, что осталось от себя настоящей. Здесь, в этом месте, я способна вести жизнь, не слишком отличающуюся от обычной.
— Мои преподаватели сказали бы, что такое невозможно. Впрочем, в последнее время я уже видел много невозможных вещей.
Катриона вновь слегка кивнула при его словах.
— Обрыв приближается, и его дыхание уже коснулось этого мира. Вы ведь уже пытались покинуть эту гостиницу, не так ли? В стенах «Судрабстолл» действуют иные законы, ибо на ней стоит печать посмертия.
— Снова Обрыв, — глухо проговорил Аматрис. — Что им движет?
— Воля его господина, конечно. Однажды, возможно, вы встретитесь, — Катриона подошла к столу и налила игристое в два хрустальных бокала, после чего протянула один из них Кегану. — Выпей со мной. Не бойся, оно не отравлено.
После короткого колебания Аматрис пригубил напиток. Он оказался сладким и отдавал грушей. Катриона проследила за ним взглядом и опрокинула свой бокал до дна.
— А вот в том, которое выпила я, содержался литфий. На церемонии открытия этой гостиницы, многие годы назад. Я умирала на полу банкетного зала, и вместе со мной мой жених и все собранные им гости. У Эдвина были конкуренты, и они нашли способ избавиться от него.
Слова прозвучали отрешённо, взгляд актрисы оказался устремлён в пустоту. Аматрис поставил бокал обратно на стол.
— Мне очень жаль, — тихо сказал он. — Должно быть, это была страшная смерть.
— Помню её до сих пор, но память милосердна и с годами слабеет, — Катриона кивнула. — Та история так и не стала достоянием общественности. Родственники моего жениха боялись, что трагедия, случившаяся в этих стенах, ляжет на репутацию гостиницы тёмным пятном. Впрочем, «Судрабстолл» так и не открылась, — женщина издала слабый смешок. — Для меня начались годы, провёденные здесь.
— На что это было похоже?
— Заточение оказалось тягостным, хотя и комфортным. К счастью, я была не одна, хотя это в конечном счёте и обернулось бедой. — Актриса цепко посмотрела на Аматриса: — Сперва мы с Эдвином были слабым шёпотом в темноте, дуновением ветра. Но Обрыв становился сильнее, а вместе с ним стали сильнее и мы. Теперь больше всего мой жених жаждет вырваться наружу, вновь обрести жизнь.
— И как он собирается этого добиться? — Аматрис нахмурился.
— Для исполнения своего плана ему нужно новое тело, чтобы сделать своим, и ещё одно, женское, для меня. Эдвин хочет, чтобы новая жизнь настала для нас обоих, — Катриона невесело рассмеялась. — Мародёр, недавно посетивший нашу гостиницу, оказался полезен для исполнения планов моего жениха. Он был один и к тому же явно болен, так что не годился, чтобы забрать его тело. Однако по приказу Эдвина он записал послание, которое и привлекло в «Судрабстолл» тебя и твою подругу.
— Значит, это была ловушка, — голос Кегана похолодел. — Печально осознавать, что наш интеллект не выше, чем у какого-то вымышленного персонажа… Как нам вырваться, госпожа?
— Эдвин запер вас во временной петле, повторении того дня, когда наша с ним жизнь оборвалась, — актриса заговорила быстро и тихо. — Разорвать петлю возможно лишь единственным способом. Вы с твоей подругой должны провести церемонию открытия, которую когда-то не закончили мы. Исполните всё, как было предписано, и двери откроются.
— Благодарю, что помогаете нам, госпожа, — Аматрис глубоко поклонился. — Скажите только, как правильно провести эту церемонию, — однако когда он обратил свой взгляд к актрисе, та уже исчезла. Комната была пуста, и лишь в недопитом бокале исходило пузырьками игристое. — Ладно, — сказал Кеган, вздохнув. — Как-нибудь разберёмся.
Эпизод двадцать девятый
Нулевая Высота
гостиница «Судрабстолл»
9-25/999
Номера, как и иные помещения гостиницы, сохранились в идеальном состоянии. Помимо самой мебели, в шкафах да на столах остались личные вещи постояльцев. В одном из люксов Нина обнаружила целую коллекцию роскошных — ныне винтажных — платьев и обуви, от босоножек до сапогов. Туалетный столик был заставлен косметическими средствами и парфюмерией. Подойдя к нему, девушка взяла хрустальный флакон с сиреневой водой, после чего, зажав бархатную помпу, распылила содержимое. Комната наполнилась свежим цветочным ароматом.