Эдвин в ответ лишь отрывисто расхохотался. Эммерих отложил винтовку и взялся за саблю, однако чёрные нити, изгибаясь и закручиваясь в воздухе, рванули к нему. Клинок вырвало у Ландони из рук, а самого странника отбросило и впечатало в стену. Он с усилием попытался вырваться, но сплетённые из тьмы щупальца спеленали его, не давая сделать и шагу.
Айтверн с издевательским видом щёлкнул пальцами и в то же мгновение боль тёмной волной обрушилась на Аматриса. Кровь будто вскипела у него в жилах огнём, и каждую мышцу пронзило сотней невидимых игл, а колени бессильно подогнулись. Кеган опустился на пол, с огромным трудом сохраняя ровной спину. Взгляд затуманился от замерцавших перед глазами цветных вспышек.
— Всё произошло ровно так, как я и рассчитывал, — с удовлетворением сказал Эдвин. — Майнаракей достаточно ослабил тебя, пока ты сражался с немёртвыми. Теперь ты мне не помеха. Как видишь, всё, что происходило в этой гостинице, изначально подчинялось моему плану, Аматрис. Сперва вы беспечно готовились к свадьбе. Затем вымотались, отражая атаку андеров, которых я призвал. Теперь… мне будет достаточно коснуться тебя, и моя сущность овладеет твоим рассудком, а твоё тело сделается наконец моим. От этого дня и до самой твоей смерти.
Нина схватилась за парные мечи, которые Кеган обычно носил при себе, и кинулась на Айтверна, вспоров клинками воздух. Чёрные нити взметнулись на её пути, сплетаясь непроницаемой сетью. Нойр ещё несколько раз взмахнула мечами, но не смогла разрубить возникшую перед собой преграду. Выставленные ею клинки замерли.
— Прекрасно, — протянул Айтверн. — Как я вижу, у меня нынче хороший улов. Когда в гостиницу недавно заглянул больной экзитиозом мародёр, я быстро догадался, что смогу использовать его в своих интересах: он запустил сообщение, которое ещё для рекламы записала Катриона. Жаль лишь, что он украл эголетсо — эта реликвия была мне ценна.
— Столько усилий, — с трудом проговорил Аматрис. — И ради чего?
— Я просто хочу жить, — ответил Эдвин. — Скажи, если бы ты оказался изгнан во тьму за пределами мира живых, разве не попытался бы сделать всё возможное, чтобы вернуться? Разве не стремился бы вернуть своей женщине жизнь? Разве не украл бы чужое тело, если бы испытал в том нужду?
— Может, и стал бы, находись я в отчаянии, — голова Кегана ещё больше закружилась, — но этот путь ведёт к разрушению. И сейчас ты угрожаешь мне и моим близким, а значит, я остановлю тебя.
Эдвин в ответ лишь с безумной улыбкой покачал головой. Его взгляд остановился на Нине. Странное волнение отразилось на лице мертвеца, и он сделал ещё один шаг вперёд. Его походка была лёгкой и уверенной. Тьма ворочалась за его спиной, а сам он казался окружённым её ореолом.
— Скоро моя Катриона снова будет жива, — прошептал Айтверн.
— Она не хочет такой жизни, — с натугой возразил Аматрис, чувствуя, как рассудок пеленает боль. — И ты глупец, если не понимаешь этого. То, к чему ты стремишься, окажется тюрьмой для твоей супруги.
Эдвин наклонил голову, внимательно глядя на него. До него теперь оставалось совсем близко. Темнота наполняла ресторан, жадными щупальцами растекаясь по стенам. Кеган попытался встать, но обрушенная на него сила давила подобно гранитной плите.
— Все звёзды однажды падают, Аматрис, — сказал Эдвин. — Может быть, настал твой черёд.
— Может быть, — легко согласился Кеган. — Или твой.
Перчатка, надетая на его руку, пришла в движение, откликнувшись на мысленный призыв. Она ожила вопреки затопившей сознание давящей чужой воле. Из деметалла вырвался, удлиняясь, острый и тонкий клинок. Вокруг его лезвия вновь вспыхнуло чёрное пламя.
Первый удар, нанесённый Аматрисом, Эдвин умудрился отбить. Помог лёгкий меч, словно из ниоткуда возникший в его собственной руке. Однако владевшая Кеганом боль наконец отступила, и он стремительно поднялся на ноги. Музыкант пошёл в атаку, нанося один удар за другим. Клинки заскрежетали, сталкиваясь с протяжным звоном.
Чёрные искры полетели потоком, однако не причинили Айтверну ни малейшего вреда. Он лишь оглушительно расхохотался, отряхивая лацканы пиджака.
— Не надейся, Аматрис. Такими фокусами меня не одолеть. Вещи, которых опасаются люди, для меня не страшны.
— И ты пытаешься отринуть подобные преимущества ради смертного тела с его болезнями и старостью? — спросил Кеган. — Удивительный выбор.
На мгновение взгляд Эдвина затуманился.
— У меня ещё осталось много дел в мире живых. И я закончу их, когда стану тобой, — едва договорив эти слова, он сделал следующий выпад. Меч сверкнул, едва не пронзив Кегану горло, однако Аматрис успел вовремя уклониться, и вражеский клинок лишь слегка оцарапал ему щёку.