- Мы работаем под эгидой Фонда охраны мировых памятников, - шепнул сзади Кай. Вита снова почувствовала одуряющий запах имбирного печенья и трав, который мешал сосредоточиться. – Так что ты будешь числиться сотрудником Фонда.
- Мне придется работать здесь? – Вита надеялась, что в ее голосе не прозвучал откровенный испуг. Но Кай рассмеялся.
- Все не так ужасно. Мы работаем в другом месте, не волнуйся. А здесь просто храним документацию и бухгалтерию.
Мэтр Дефё, между тем, закончил шептаться с сотрудником, пожал ему руку и дал знак Каю с Витой следовать за ним. Вместе они вышли на улицу, которую закатное солнце щедро посыпало розовым конфетти.
- Здесь мы появляемся редко, - пояснил мэтр, когда они отъехали, - в основном, работой в этом офисе занимаюсь я, так что не буду посвящать тебя в ненужные подробности. Сейчас мы тебе покажем наш лагерь в Ангкоре, где мы собираемся гораздо чаще.
Пока машина пробиралась в джунглях по красной дороге, выбрасывая из-под колес фонтаны красной пыли, мэтр на полном серьезе принялся допрашивать Виту.
- Что вы знаете про Ангкор, дорогая?
Это «вы» от человека, который к тому моменту, когда Вита родилась, уже отпраздновал прожитую им половину века, ужасно смущала. Хорошо еще, что он неотрывно следил за дорогой, и Вите ничего не оставалось делать, кроме как разговаривать с его спиной.
Ангкор – это древний город - -смущенно рассказала она острой, как смычок, спине мэтра, - Был основан кхмерскими королями в 8 веке как столица, а в 15 веке, когда сиамцы победили кхмеров, пришлось перенести столицу в Пном Пень. После этого об Ангкоре начисто забыли, кажется, до 19 века, пока один французский ученый не наткнулся на поросшие джунглями останки древних храмов.
- Да-да, все верно, - мэтр задумчиво кивал головой на переднем сиденье, - ученого звали Генри Муйо, ему выпала честь считаться первооткрывателем Ангкора, хотя кхмеры утверждают, что никогда не забывали о заброшенном городе. Мда… Не забывали, но и не вспоминали – как такое может быть?
Казалось, он разговаривает сам с собой, но интуитивно Вита поняла, что последняя фраза произнесена именно для нее. Словно мэтр хотел, чтобы она разгадала некую загадку.
- Приехали, - весело объявил Кай. Они остановились возле небольшого храма. На полуразрушенных барельефах гроздями, словно термиты, висели рабочие. Одни очищали камни от густой растительности, которая свисала с песчаника, словно зеленые хвосты русалок. Другие что-то вымеряли. Третьи, казалось, просто бестолково суетились рядом, крикливо раздавали поручения. На приехавших никто не обратил внимания. Такой прием немало не обескуражил мэтра и Кая, эти двое явно чувствовали себя здесь в своей стихии. Они бойко вклинились в гомонящую толпу, Вите оставалось лишь робко прятаться за их спинами. В этот момент откуда-то из-под развалин, словно гриб на толстой белой ножке, вырос европейской наружности полный мужчина с густой седой шевелюрой и хищно загнутым вниз носом-клювом – нет, не гриб, а, скорее, полярная сова. При виде гостей глаза европейца радостно округлились, теперь он еще больше напоминал хищную белокрылую птицу.
- Хо-хо, мэтр, Кай! Как вам удается оставаться такими свеженькими в этой жаре? Просто белые воротнички на фоне нас, простых тружеников! Представьте меня вашей очаровательной гостье с глазами цвета парижского неба.
Человек-сова говорил на превосходном французском, бойко грассируя и округляя гласные, так что его комплимент Вите прозвучал, как брошенный в озеро камень, от которого расходятся долгие круги по воде: «оочарроовательнооой».
- Месье Антуан Марто, мадемуазель Виолетта Роз.
- Просто Вита…
- Оочень прриятноо! В таком случае, просто Антуан, - француз, склонив голову набок, внимательно, чуть насмешливо осмотрел Виту. Ничто не укрывалось от его круглых, прозрачно-голубых, как горные снега, глаз, которые оставались серьезными, даже когда он шутил. – Мэтр Дефе, вопрос с Министерством улажен, нам продлили финансирование. Нам даже согласились подписать заявку на проведение реставрационных работ в Монастыре.