- Правда? – лицо мэтра прояснилось. – Вы снова творите чудеса, мой дорогой Антуан!
Отойдя в сторону, они принялись полушепотом обсуждать какие-то финансовые дела. Кузнечик и сова – до чего странно они смотрелись рядом. Вита заметила, что и у Антуана на левой руке красуется необычное кольцо. Все из того же ярко-серебристого металла – белое золото или платина, или просто серебро с напылением, неопытным взглядом не разберешь, - толстый ободок был увенчан распластавшейся в прыжке миниатюрной пантерой, сжимавшей во рту ярко-голубой камень. Вита перевела взгляд на отчаянно жестикулирующего мэтра, сейчас, пока он был занят беседой, она наконец рискнула рассмотреть его, как следует. И на его руке, конечно же, блестело кольцо, правда, не на безымянном или большом пальце, как у остальных, а на мизинце. И это было совсем уж странное кольцо – узенький ободок из черного, блестящего металла расходился на несколько ответвлений, тонких, как паучьи лапки, которые ловко оплетали огромный зеленый камень. Неужели, настоящий изумруд? В любом случае, что бы это ни было, камень не подделка из разряда тех, что продают на русском рынке, в этом она была уверена.
- Вита, иди сюда!
Кай наклонился над одним из рабочих. Когда Вита подошла, она увидела, что кхмер держит на коленях лэптоп. Вместе с Каем они, не отрываясь, смотрели на экран, где, словно тетрис, из кубиков-камней строились разные непонятные конструкции.
- Видишь, археологи тоже играют в тетрис, - Кай обернулся и через плечо послал Вите ласковую улыбку. – На самом деле, эта специально разработанная программа помогает воссоздать изначальное положение блоков.
- Это, чтобы восстановить храм?
- Да. Тебе говорили, что храмы Ангкора построены из блоков песчаника, без применения цемента или каких-либо связующих материалов?
- Но как же они скреплены между собой? – Вите вдруг представилось, что все эти огромные сооружения построены из камней, как детские кубики, сложенных друг на друга. Страшно представить, если такая громада в один день качнется и рассыплется, как сооруженная малышом башня.
- Блоки сцеплены по принципу замка, такая конструкция, - развеял ее страхи Кай, - не знаю, насколько тебе интересно… Все же интересно? Так вот, реставрируют их так: сначала блоки расчищают, очень осторожно! Многие сооружения находятся в таком состоянии, что в любую минуту могут рассыпаться, как соломенные домики. Если упадет один камень, может рухнуть вся стена. Особую осторожность приходится проявлять с вросшими корнями. На удаление одного дерева может уйти пять месяцев напряженной работы. Все сооружения изучаются до малейших деталей, специалисты составляют подробные планы, делают копии всех найденных надписей, внимательно исследуют любые отметки, классифицируют, составляют слепки с барельефов. И так с каждым камнем, которых здесь больше, чем песчинок в море.
Он отошел от рабочего и встал рядом с Витой.
- А сколько еще боев было выдержано учеными с местным руководством! Раньше категорически запрещалось восстанавливать храмы. Местные власти боялись, что памятники старины, и без того пострадавшие от мародеров, станут жертвами мошенничества, мол, оригинальные детали могут подменить новыми. Поэтому нам не разрешали применять метод «анастилоса», то есть восстановление с добавлением новых деталей взамен утраченных. Полуразрушенным храмам в плачевном состоянии ставили подпорки – это все равно, что вместо починки стены клеить на нее обои. Только, когда храмы стали рушиться один за другим, нам разрешили использовать более действенные методы. Вот такая работа… Что скажешь?
- Любопытно!
- И представь только, сколько еще всевозможных открытий и сокровищ спрятано в этих джунглях!
Вита почувствовала, как сердце на секунду замерло. Но вовсе не при мысли о сокровищах. Все эти археологические тонкости интересовали ее исключительно как новая информация, которую можно рассортировать и разложить на полочках в архиве памяти, авось когда-нибудь пригодиться блеснуть эрудицией. Но работать со всем этим… Здесь… Нет, это невозможно. Она так и не поняла, какую роль ей отвел мэтр. Неужели так сложно найти в Камбодже нужные рабочие руки? Да сюда толпами стекаются иностранцы, горящие энтузиазмом, с пылающими страстью глазами, точь-в-точь, как у Кая. Или все дело в бабушке? Вита попыталась представить, как бабушка Эмма в дружеском разговоре просит мэтра «надавить» на внучку, чтобы та бросила институт и родителей в Москве и научилась ползать по развалинам, бесконечно идентифицируя и изучая пыльные, заросшие травой камни, каждую секунду рискуя жизнью. Ну, может быть, насчет риска перебор, но гид рассказывал, что каждый год сотни местных жителей умирают от укусов змей. Нет, невозможно поверить, что бабушка желала ей такой судьбы.