Иллюзия счастливого детства, которой старалась окружить Риту бабушка, рассыпалась в одночасье. Рите было двенадцать, и до того момента девочка пребывала в своем, вымышленном мире, где все люди были добросердечны и отзывчивы, как ее бабушка. Удивительно, но она и в двенадцать продолжала искать глазами маму всякий раз, когда они отправлялись на юг. И если ей не удавалось ее найти, она не отчаивалась. Рита была уверена, что на следующий год они обязательно встретятся.
Пока мама Риты пребывала в волшебной стране, бабушка Вера находилась рядом и старалась, насколько это возможно, компенсировать девочке материнскую заботу и любовь. Ей, конечно, это было нелегко. Женщина она была уже немолодая, и бойкая, озорная внучка порой изматывала ее своей неугомонной жаждой приключений. Бабушка Риты придерживалась старых методов воспитания, при которых ребенок должен быть покорен взрослым членам семьи, смиренен и серьезен. Так она воспитывалась сама, и точно так же воспитывала свою дочь. Однако, прожив долгую жизнь и обретя богатый опыт, бабушка поняла, что единственное время, когда человек может принадлежать самому себе, это детство. Ей, с высоты прожитых лет, было как никому другому жаль того времени, когда она во всем себе отказывала, подчиняясь сначала родителям, затем школьным требованиям, а потом, как по накатанной – семья, заботы о ребенке, параллельная учеба в институте, а потом работа в школе. Успеется еще девочке на протяжении всей жизни узнать, что такое ответственность и серьезность. Так что Рите было позволено играть и веселиться столько, сколько ей угодно.
А энергии в ней было хоть отбавляй. Выполнив домашние задания за полчаса, она неслась на улицу. Там забавы были на любой вкус. Если другие ребята играли в игры - Рита среди них. Кто-то катается вокруг двора на велосипеде – дайте Рите прокатиться. Нужно сбегать в магазин – Рита всегда пожалуйста. Кто хочет поехать на экскурсию? Рита! Кто поможет украсить школу к праздникам? Конечно Рита! Девочка посещала два кружка при школе. Моделирование и оригами. Но, не смотря на такую активную деятельность, большую часть дня ребенок маялся, не зная чем еще занять свой пытливый ум. И тогда бабушка отдала ее в музыкальную школу. В девять лет Рита уже перешла во второй класс музыкальной школы и учительница, молодая энергичная женщина, посоветовала бабушке экстерном перевести девочку в четвертый класс. Быстро освоив нотную грамоту и основную теоретическую базу сольфеджио, девочка основное внимание уделяла театральному кружку при музыкальной школе. Тут-то и раскрылось ее призвание. Впервые оказавшись на маленькой школьной сцене в роли белочки из сказки о царе Салтане, Рита ощутила себя на своем месте. С тех пор ни одна постановка не обходилась без Риты. Она была единственной из всех детей, кто в обязательном порядке посещал все репетиции. Если кто-то опаздывал, девочка охотно бралась за две роли – свою и опоздавшего. Помимо желания играть на сцене, Рита любила горячо обсуждать все подробности постановки, а перед праздничными концертами она являла собой мощный генератор идей. Она наперебой предлагала номера, выдумывала костюмы, иногда даже придумывала целые реплики для сказочных персонажей, принимающих участие в постановках.
Когда в десять лет ей предложили пройти первый тест по профориентации, она отвергла протянутый школьным психологом лист с вопросами и решительно заявила:
- Я буду только актрисой.
Рита оказалась одной из немногих, кому удалось сохранить это детское убеждение и воплотить его в жизнь. Бабушка неодобряла выбор Риты, но и не препятствовала ему. Она считала, что еще много воды утечет, пока девочка вырастет, а пока пусть занимается, чем хочет. В конце концов, одержимость внучки сценой гарантированно ограждала ребенка от плохого влияния нынешних пороков, как сорняки прорастающих в каждом дворе.
Отец Риты не принимал участия в ее воспитании и развитии. Он был счастлив, что все заботы о девочке взяла на себя его теща. Александр Свидерский был охвачен постоянным поиском работы, и на шумную, энергичную, вечно задающую массу вопросов дочь у него никогда не хватало времени. Он старался избегать общения с ней. Девочка переняла от матери карие глаза, темные волосы и полные, вишневые губы. А еще у нее, как и у матери, на левой щеке была маленькая родинка. Даже звонкий смех, который так часто раздавался в коридорах их большой, бывшей когда-то коммунальной квартиры, напоминал смех ее матери. На него, русоволосого и голубоглазого, она совсем не походила. Дочь была перенесена им в стан врага уже только за то, что была так похожа на свою мать, которая, в свою очередь унаследовала жгучую внешность от бабушки Веры, западной украинки в трех поколениях.