-Ты спишь?- поинтересовался он.
Она лениво перевела на него взгляд, и неохотно сползла с матраса.
-Нет, я просто убиваю время,- наконец ответила она. – Почему так долго? Я умираю от духоты.
Он протянул ей руки, и она покорно вложила свои запястья в его раскрытые ладони.
-Идем, я принес кое-что.
Его пальцы захлопнулись в замок, стиснув кожу на нежном запястье, но она привыкла к этому и покорно последовала за ним. Наверху он показал ей все то, что купил. Это были средства гигиены, новая, очень пышная и мягкая мочалка, немного косметики, одежда для сна. Рита пришла в восторг от одной рубашки. Она была нежной, легкой, невесомой, с кружевом и ленточками. Заметив, как ее глаза оживились, и в них зажегся интерес, Сальвадор понял, что не зря провел в магазине битый час, выбирая все это.
-Нравится?- спросил он.
Она кивнула головой. В ее голове зародилась идея – а не попросить ли Сальвадора о прогулке? Вряд ли он согласится, но, кажется, сегодня он в хорошем расположении духа и возможно, не станет кричать на нее, как только она заикнется об этом. Оглядывая его, она прикидывала вероятность успеха. Наконец, она решилась и заговорила с ним.
- Сальвадор, все это так мило, мне нравится. Но могу я попросить тебя кое о чем?
Он сказал, что она может, и вдруг ей стало страшно. Как осмелиться сказать ему об этом? Почему она снова забыла, что он преступник, а она его пленница? О прогулке не может идти и речи, и она отвернулась, сказав, что передумала. Но видно он пребывал действительно в хорошем настроении, потому что подошел к ней сзади и положил руку на плечо. От этого прикосновения она вздрогнула, то ли от страха, то ли от предчувствия ласки.
- Что ты хотела? Продолжай. – Эти слова он сказал так уверенно, будто пообещал заранее выполнить ее просьбу, и она решилась.
-Сальвадор,- начала она издалека, – я тут уже так давно. И каждый день я мучаюсь от нестерпимой духоты, зноя, а затхлый, спертый воздух подвала скоро совсем меня задушит. Я очень хочу… - тут она запнулась, подавляемая страхом,- мне бы хотелось, очень хотелось выйти отсюда хотя бы на минуту, вдохнуть чистого воздуха, увидеть солнце.
Она проговорила все это робким, скованным голосом, ожидая каждый миг, что он оборвет ее и велит молчать. Но Сальвадор молча слушал ее, и когда она кончила, он продолжал молчать. Наконец, не в силах больше выносить это напряжение, вызванное его молчанием, она тихо добавила:
-Я обещаю, что не убегу. Клянусь.
Он положил вторую руку ей на плечи и притянул к себе крепче:
-Ты умеешь плавать?- спросил он.
-Очень плохо. А что? – ее охватила надежда. Почему он сразу не отказал ей? Зачем спрашивает о чем-то?
Он выдохнул и продолжил:
-Тогда я согласен.
Не успев поверить в услышанное, она вдруг оказалась в воздухе. Сальвадор подхватил ее на руки и понес по направлению к прихожей. Осторожно спустившись с лестницы, он ногой распахнул входные двери, и в этот миг она увидела, как ворвались солнечные лучи сквозь открытые створки. Тяжелый влажный воздух хлынул в ее лицо потоком, и у нее закружилась голова. Это мгновение длилось вечно, словно кинопленку крутили в замедленном действии множество раз.
Наконец, его ноги переступили порог дома, и она впервые увидела то место, где находилась вот уже так долго, снаружи. Конечно, она подозревала, что природа здесь наверняка потрясающая, но увиденное изумило ее своей красотой. Дом стоял очень уединенно, и в радиусе нескольких сот метров не было больше ни одного строения, где находились бы люди. С двух сторон коттеджик окружал подступающий лес, слева была дорога, а чуть дальше, впереди, виднелась лазурная гладь воды. Раскаленный воздух маревом подымался над ее поверхностью.
Рита подняла голову и подставила лицо солнечным лучам. Золотой свет ласкал ее потускневшее взаперти лицо, и соленый ветерок обдувал ее влажную от зноя шею. Эти ощущения стали для нее самыми восхитительными за последние недели. Как могла она раньше жить и не замечать, как прекрасно небо, с его бездонной синевой, манящей вдаль? Как могла проходить мимо таких величественных деревьев и не обращать внимания на их красоту? Как могла вдыхать в свои легкие этот волшебный, густой воздух, не задумываясь о том, что он так упоителен, полон запаха и вкуса?
Беспредельное чувство счастья и свободы охватило ее. Она дышала, и никак не могла надышаться этим потоком сплетения свежести, сладости и дурмана. На миг она забыла обо всем, реальность перестала для нее существовать, все обстоятельства стали ничтожны, равны нулю в ее сознании. Она улыбнулась, и, откинув голову на грудь Сальвадора, снова всецело отдалась созерцанию этого божественного гармоничного мира.