Его глаза смеялись, он откровенно подтрунивал над ней.
- Да. – Призналась Рита. Обижаться было не время, жажда, по большей части воссозданная ее собственным подсознанием, уже начинала изводить ее.
Сальвадор, в свойственной ему молчаливой манере, направился к лодке и вытащил из-за ее задней стенки маленькую пластмассовую банку неопределенного серо-коричневого цвета, наполненную водой.
- Держи. – Он протянул ей банку.
Осторожно взяв ее, чтобы не пролить ни капли, Рита с настороженной опаской осмотрела предложенную им воду. Она была чистой, правда сама банка вызывала в ней сомнения относительно чистоты ее стенок и донышка.
- Откуда ты это взял?
- Из лодки. Не нравится?
Сморщив нос, Рита обнюхала банку.
- Что тут было?
- Черви. – Он сказал это таким обыденным тоном, как если бы там был чай.
-Какие еще черви??? – Рита вытаращила глаза и почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.
- Обычные. На лодке кто-то выходил за рыбой, в этой банке была наживка. Теперь тут вода. Дождевая. – Пояснил Сальвадор.
Рита хотела было отказаться от этой воды, но потом передумала, и, еще раз обнюхав банку, словно надеясь выискать останки червей, зажмурила глаза, сжала руками нос и выпила все до дна. Сальвадор наблюдал за ней с пренебрежительным сочувствием. Весь его вид будто говорил: «Ну надо же, какие мы нежные».
Опустошив баночку, Рита почувствовала явное облегчение. Она напилась. Он забрал банку и заглянул внутрь. И тут Рита спохватилась – она выпила все сама, не оставив Сальвадору ни капли! Ей стало стыдно, и она, опустив глаза, шмыгнула мимо него в сторону воды. Словно угадав ее мысли, он бросил ей вслед:
- Спасибо.
Почувствовав, что краснеет с головы до пят, она ускорила шаг, чтобы он не мог увидеть ее смущения. Усевшись на груде небольших камней, она принялась сосредоточенно разглядывать свои руки. Сальвадор тем временем сел на песок и принялся застругивать ножом какую-то палку. Рита исподтишка подглядывала за ним, и решила, что он сооружает нечто, вроде копья или кола.
«Видимо, будет ловить рыбу» - догадалась она. Она видела такое в кино. Человек попал на необитаемый остров и с помощью заостренной палки охотился на рыб.
Она оказалась права. Закончив с палкой, Сальвадор снял штаны и отправился в море с новообретенным оружием наперевес. Теперь он шел к ней спиной, и она могла без притворства разглядывать его. В таком виде он еще перед ней не представал. Без рубахи она нередко видела его, но брюки он никогда не снимал. Чисто женское любопытство заставило ее рассматривать его фигуру и подмечать, как идеально сложено его тело. Широкая, крепкая спина сужалась по направлению вниз. Его талия была меньше, чем у самой Риты. Стройные длинные ноги выглядели более чем привлекательно. Видно было, что над каждой мышцей своего тела Сальвадор тщательно работал. Его фигура была сильной, крепкой, рельефной, но совершенно не перекаченной. Смуглая кожа с темно-бронзовым отливом подчеркивала ее совершенство. Завершала ее голова, сидящая на крепкой длинной шее, увенчанная гривой кучерявых, черных волос, спускающихся по плечам.
Несмотря на тяжесть ситуации и всю сложность взаимоотношений между ними, Рита не раз отмечала, как он красив, хотя и имел весьма угрожающий и свирепый вид. Но никогда до этого момента не любовалась она им так открыто, так восхищенно. Внезапно ей вспомнилась вчерашняя прогулка, когда они лежали вдвоем, на дне лодки, ее голова покоилась на его груди, а его большие, сильные руки сжимали ее стан. Отчего-то щеки ее зарделись горячим румянцем, и в голове ее мелькнула случайная мысль – как жаль, что они узнали друг друга при таких сложных обстоятельствах, навсегда возведших стену непонимания между ними. Если бы только он не был среди тех, кто удерживал ее в зловонном погребе уютного коттеджа, пленницей которого она стала... Но нет, эти мысли недопустимы. Даже подумать о том, что все могло бы сложиться иначе, было для Риты постыдно. Гордыня и нравственность, прочно привитые ей с детства покойной бабушкой, не позволяли искреннему желанию полностью раскрыться в ее душе. Но как бы там ни было, оно уже зародилось в ней, и теперь робко напоминало о себе, заставляя ее смущенно отворачиваться всякий раз, когда пристальный взгляд Сальвадора исследовал ее тело. Он, в отличие от нее, не умел скрывать свой интерес. Немыслимо было позволить ему уловить хотя бы малейшую симпатию с ее стороны.
Однако сейчас, стоя спиной к ней, он не мог видеть, как неотрывно она следила за каждым его движением и игрой мышц, освещенных золоченым отсветом полуденного солнца. Он подолгу замирал на одном месте, всматриваясь в толщу прозрачной воды, потом совершал стремительное движение и вонзал свое примитивное орудие в воду, затем осторожно отступал в другое место, снова замирал и потом опять следовал бросок. Так продолжалось некоторое время, и Рита уже начала ощущать первые признаки голода, когда Сальвадор, наконец, решил завершить свою охоту и вернулся на берег. Разочарованно отметив, что рыбы у него нет, Рита спросила: