Ты простила мне вещи, которые я сам бы не простил, неужели сейчас ты не можешь понять меня? Я лгал тебе только во благо. Я всегда мечтал, чтобы мы встретились при других обстоятельствах, с самого начала. И тут эта возможность представилась. Может, я был не прав, но клянусь, я делал это только для нас, и для тебя в первую очередь. Я и сейчас хочу, чтобы ты забыла о том, что было. И сам хочу забыть. Рита…
Она уже не плакала, и, притаившись, слушала его рассказ, боясь звуком или жестом прервать его. За то время, что она вернулась из госпиталя, он впервые сказал так много слов сразу, и, зная его замкнутость, она понимала, чего ему стоил этот монолог. Его речь тронула ее, и помимо воли она соглашалась с каждым его словом. Если бы она была на его месте, она бы тоже солгала. Осознав это, она немного отстранилась от его широкой груди и подняла на него доверчивые глаза:
- Но и ты пойми меня. Как я могу теперь доверять тебе? Где найти силы, чтобы снова простить?
Сальвадор чувствовал, что его вспышка красноречия подходит к концу, но он видел, как она нуждается сейчас в объяснениях, как ждут ее наивные глаза его уверенных убеждений. Он прижал ее к себе и горячо зашептал:
- Не знаю, что сказать. Слова ничего не значат. Послушай свое сердце. Неужели ты не видишь, как я люблю вас? Ты и Джерри - единственное ценное в моей жизни. Ради вас я живу. И я сделаю все, чтобы не потерять вас. Если надо, снова привяжу тебя, чтобы ты не могла от меня убежать. Ты веришь мне?
Внезапно боль снова вонзила в голову Риты свои стальные зубы, и она, закричав, безвольно повисла на руках Сальвадора. То немногое, что еще оставалось забытым, пробудилось в недрах ее памяти и теперь последние отголоски прошлого готовы были вернуться к своей обладательнице.
Машина с визгом затормозила и резко дала назад. Дверь распахнулась, и Сальвадор, выскочив наружу, устремился навстречу Рите. Оказавшись рядом с ней, он вопрошающе заглянул в ее глаза, и, прочитав в них немую просьбу, крепко прижал ее к себе. Постояв так с минуту на пыльной, пустой дороге, они, не сговариваясь, бросились к машине. Когда за окном перестал мелькать лес, и появились первые огни большого города, Рита спросила:
- Что теперь будет?
Сальвадор загадочно улыбнулся и, подмигивая ей, сказал:
- Все будет хорошо. Ты веришь мне?
Она кивнула и продолжила разглядывать мелькающий за окном пейзаж. Внезапно начался дождь, и Риту вдруг охватила какая-то приятная задумчивая ностальгия. Когда-то, в прошлой жизни, стояла она возле окна своей питерской квартиры на Моховой, и точно так же, как сейчас, по стеклам стекали толстые струи дождевых потоков. Как и теперь, тогда она была охвачена интригующим предчувствием новой, незнакомой жизни, которая таила в себе массу удивительных приключений. Следующим утром самолет должен был унести ее вдаль от мглистого, но такого родного и любимого Питера в сказочную Калифорнию, прямо в Лос-Анджелес, где, как ей казалось, исполнятся все ее заветные мечты.
В данный же момент черная машина стремительно мчалась куда-то, унося ее прочь от закончившегося кошмара в будущее, полное туманных тайн и непредсказуемости, но она была готова ступить в этот новый, чуждый ей мир, отрекшись от всего, что составляло ее жизнь раньше. Сальвадор, сидящий рядом, управлял не только этой машиной. Она позволила ему управлять и своей судьбой, так же смело и решительно, как он сейчас вел этот автомобиль. Куда они направляются, она не знала. Она доверилась ему, и послушно следовала вслед за ним, куда бы он ни решил отправиться.
Почти час машина петляла по незнакомым ей улицам, пока Сальвадор не остановил ее возле какого-то серого двухэтажного здания, ничем не примечательного. Ничего не объясняя, он просто сказал:
- Идем.
И Рита пошла. Это оказался какой-то дешевый отель, не привлекающий к себе особого внимания. Комната, от которой они взяли ключ, не отличалась чистотой и была недостаточно уютна, и Сальвадор, заметив, как Рита брезгливо сморщила нос, поспешил успокоить ее:
- Мы тут ненадолго.
- Хорошо. – Кивнула она. Комната ей совершенно не понравилась, но она решила не демонстрировать лишний раз свою брезгливость, к тому же она понимала, что Сальвадор остановился именно в этом богом забытом месте не из скупости, а только потому, что не хотел привлекать лишнего внимания.
- Завтра или послезавтра мы сможем уехать. До этого придется побыть тут.