— Ты ранил его.
— А ты меня. Разница в том, Эйслинн, что если бы у меня было оправдание, чтобы бить его каждый день, я бы это делал. А ты? — Ниалл был совсем не похож на того фейри, который в свое время помог ей освоиться в роли Летней Королевы, и уж точно он был не похож на того, кто ухаживал за Лесли. Эти маски он сбросил, и тот, кто стоял перед ней, был больше похож на фейри, от которых она пряталась в детстве.
Солнечный свет в ней почти угас; Эйслинн посмотрела на Ниалла.
— Я не из тех, кто начинает драку.
— Может, мне начать? Действительно начать конфликт, которого многие желают? Мой Двор шепчется и воспевает то, что мы могли бы сделать, пока твой Двор слаб. Все труднее и труднее не слушать их. — Темные фигуры раскачивались вокруг него, словно ожившие тени. Габриэль и другие Ищейки замерли в ожидании.
Все может обернуться еще хуже, и мы просто не сможем с этим справиться.
Кинана и Эйслинн сопровождали только несколько членов Двора. Она не ожидала неприятностей. Разумеется, в воздухе витали отголоски конфликта, но фейри всегда жили в состоянии раскола. Правители это контролировали. Ниалл когда-то был хорошим парнем. Дония когда-то была хорошей. Двумя Дворами, которые создали массу проблем ее Двору, управляли фейри, которым Кинан доверял — и даже больше. Он верил, что их прошлое защитит Летний Двор. Он знал, что эти двое своенравны, но никогда не думал, что все настолько серьезно, чтобы привести к настоящим проблемам. «Дворы фейри устроены не так, Эйслинн, — уверял он. — Мы не так скоры на расправу». И она верила ему — до сегодняшнего дня.
— Я пугаю тебя, Эш? — Голос Ниалла упал до тихого шепота, как будто, кроме них, в зале не было никого. — Напоминаю тебе, почему ты когда-то думала, что мы монстры?
— Да. — Ее голос дрожал.
— Хорошо. — Он посмотрел в сторону, где выросла стена из теней. За стеной лежал единственный фейри, кроме нее, который мог разорвать эти тени. Но она не знала, как это сделать, а Кинан без сознания лежал на полу.
— Твой король никогда не учился сражаться. За него это делал я и все остальные, — как будто между прочим, добавил Ниалл.
Стена из теней выросла и заключила их обоих в шар. Эйслинн толкнула ее; на ощупь стена оказалась шершавой и гладкой одновременно. Новолуние. Голод. Страх. Прикосновение заставило Эйслинн задрожать. Вожделение. Утонуть в черных волнах желания. Зубы.
Она отдернула руку и попыталась сосредоточиться на разговоре.
— Почему ты это делаешь?
— Защищаю твоего любимого смертного? — Ниалл покачал головой. — Я не дам Кинану сломать и его, а ты доказала, что не можешь защитить своих друзей от Кинана. Ты хороша для своих фейри, но твои смертные…
— Твой Двор сделал это с Лесли.
— А ты могла спасти ее. Если бы ты предложила ей защиту своего Двора прежде, чем он забрал ее… — Он оборвал фразу тихим рычанием. — Ты подвела ее так же, как подведешь и Сета.
— Я совершала ошибки, но я никогда не причиню боли Сету. Я люблю его. — Эйслинн чувствовала, что постепенно теряет контроль. Ниалл загнал ее в ловушку, ударил ее короля и намекает, что из-за нее Сет уязвим. Прежде она поранила Ниалла случайно, не совладала с собой, но теперь… теперь ей хотелось причинить ему боль. Ее темперамент вспыхнул, как спичка, и в этот момент она не видела причины пытаться себя контролировать. Воздух внутри шара из теней становился обжигающе горячим. На губах она ощутила едкий воздух и песок пустыни.
— Ударь меня, Эш. Давай. Разреши позволить моему Двору обрушиться на твой. Убеди меня, что я должен позволить им мучить твоих нежных Летних Девушек. Позволь мне разрешить им проливать кровь рябинников, — шептал он тоном, уместным для будуаров и пламени свечей. Такова была природа Темного Короля — насилие и секс, страх и похоть, гнев и страсть. Ниалл протянул руку, погладил ее по щеке и добавил: — Дай мне поддаться их желаниям.
Ириал был не так опасен для нас. Вот слабое место Ниалла — Ириал. Перестань относиться к нему как другу. Не думай о нем как о смертном. Эйслинн лихорадочно обдумывала, какой шаг будет правильным в этой ситуации. Все то, что она узнала о фейри, было теперь бесполезным. Прошло уже много времени с тех пор, как она утратила возможность жить по правилам, которым ее научила бабушка. Хотя одно правило до сих пор оставалось актуальным. Если я побегу, они погонятся за мной.
Она приблизилась к Ниаллу.
— Последний Темный Король думал соблазнить меня. Здесь. На этом самом месте.
Ниалл рассмеялся, и на короткое мгновение он показался почти счастливым, но его удовольствие прошло так же быстро, как и появилось.