Сет заметил, что она босиком. Между пальцами были отчетливо видны тончайшие серебряные нити, поднимавшиеся вверх по ногам Сорчи. Это не было иллюзией серебра. Это были не татуировки, как у Темных фейри, и не лозы, как на Летних девушках. Тонкие ниточки серебра жили внутри нее, будучи одновременно частью ее и чем-то самостоятельным.
Сет уставился на эти серебряные линии. Если бы он присмотрелся повнимательнее, то увидел бы узоры, покрывавшие всю кожу Сорчи. Едва заметные контуры проявлялись под кожей и на ней.
— Ты в Фэйри, — сказала Сорча и сделала еще один шаг, — и останешься здесь, пока я не решу иначе. Сейчас в мире смертных несколько Дворов. Однако в давние времена существовало только два Двора. Один из них встал на путь порока и ушел на поиски того, что ему было нужно. Некоторые фейри последовали за ним… Но другие были достаточно сильными для того, чтобы создать свои собственные Дворы. Некоторые из этих фейри предпочли быть одиночками. Здесь есть только я. Только моя воля. Только мое слово. — Она отпустила подол, и юбка прикрыла покрытые серебряными нитями ноги. — Ты не станешь никому звонить отсюда без моего позволения.
Сет замер. Телефон в его руке вдруг превратился в стайку бабочек, которые взлетели вверх с его ладони.
— Я не потерплю никакой связи между своим Двором и их Дворами. Я ожидаю от тебя должного поведения. — Сорча лишь бросила взгляд на руку Сета, и в ней снова появился телефон. — Все решения здесь принимаю я. У меня нет партнера в правлении. У меня не было предшественников, нет преемника. Счастье твоей королевы, которая когда-то была смертной, здесь не имеет значения. Запомни это.
— Но Эш…
— Раз уж ты здесь, ты подчиняешься моей воле. Ты искал меня, пришел ко мне, остался в этом мире, о котором миллионы и миллионы смертных мечтали и умерли за свою мечту. Никто и ничто не попадает в Фэйри, не заплатив цену.
Сорче явно не нравились попытки Сета возразить ей. Ее лицо превратилось в серебряную маску и больше ничего не выражало. Она протянула руку ладонью вверх. Сет отдал ее телефон.
— Почему я должна выслушать тебя, Сет Морган? Что делает тебя особенным?
Сет посмотрел на Сорчу. Она — само совершенство, а он… очень далек от этого. Что делает меня особенным? Большую часть жизни он пытался это выяснить. Что вообще может сделать человека особенным?
— Я не знаю, — признался Сет.
— Почему ты хочешь измениться?
— Чтобы быть с Эйслинн, — ответил он и замолчал, пытаясь подобрать правильные слова. — Для меня она — та самая, единственная. Иногда ты просто это знаешь. Никто и ничто никогда не будет значить для меня даже половины того, что значит она. И с каждым днем она все дороже и дороже для меня.
— Так ты просишь о вечности из-за любви к девушке?
— Нет, — решил уточнить Сет. — Я прошу изменить меня потому, что люблю королеву фейри, и потому, что она заслуживает того, кто будет любить ее такой, какая она есть, а не за то, кем она является. Я ей нужен. Есть люди — хорошие люди, — которых я люблю, и для которых я обуза, потому что я человек. Слабый. Смертный. — Сет понимал, что говорит вслух то, чего раньше не мог сказать даже самому себе, даже в мыслях. Но сейчас, стоя перед Сорчей, он знал правильные слова. — Я живу в этом мире. Здесь люди, которые мне дороги, женщина, которую я люблю, друзья в трех Дворах… Мое место здесь. Мне только нужно, чтобы ты дала мне то, что позволит мне остаться с ними и быть достаточно сильным, чтобы не подвести их.
Сорча улыбнулась:
— Для смертного ты весьма интересный экземпляр. Ты мог бы мне понравиться.
Сет знал, что нельзя говорить «спасибо».
— Это очень любезно с твоей стороны, — сказал он вместо этого.
— Нет, это не так, — возразила Сорча, и Сету на миг показалось, что она вот-вот рассмеется. — Но ты меня заинтриговал… Если хочешь, чтобы я изменила тебя, ты будешь проводить один месяц из двенадцати здесь со мной.
— Ты говоришь мне да? — Сет был ошеломлен. Он чувствовал, что ноги становятся ватными.
Сорча пожала плечами.
— Ты мне нравишься. К тому же, ты можешь быть полезен для Фэйри, Сет Морган. Но это не обычный подарок с легкой руки. Ты будешь связан со мной столько, сколько будешь жить.
— Так или иначе, я уже связан с двумя другими правителями-фейри, а третью я люблю.
Сет пытался избавиться от растущего внутри страха. Он сам этого хотел, но все равно это приводило его в ужас. Они ведь сейчас говорили о вечности. Он закрыл глаза и попытался сосредоточиться на дыхании, найти покой в своей душе. Помогло — паника отступила.