***
Ужин должен был пройти в спокойной и непринужденной атмосфере, но вышло совсем наоборот. Я накрыла стол в гостиной на троих. Юра присоединился к нам немного позже и лишь после того, как я заглянула к нему в кабинет. Выглядел муж уставшим, но изо всех сил пытался изобразить бодрость, что не скажешь об Инге. Сестра словно только что из спа-салона вышла: отдохнувшая, полная сил и энтузиазма.
— Вот это борщ, Вась! Просто белиссимо. На вкус он даже лучше, чем я ожидала. Кстати, а я считала, что бизнес-вумен не готовят борщи, — сестра вроде комплимент сделала, но я ощутила странный подкол.
— Я люблю готовить, когда есть время, — сухо отозвалась я, накалывая на вилку листочек салата.
Юра продолжал молчать, лишь кивнул едва заметно в знак согласия, не отрывая взгляда от своей тарелки. Напряжение, которое висело над нами невидимым облаком, разрасталось с каждой секундой. Я чувствовала, как Юра сдерживался, искоса поглядывая на мою сестру, отчего мне было не по себе. Ведь Инга, как всегда, игнорировала любые неудобства.
— Юра, а ты совсем не изменился. Всё такой же серьёзный и угрюмый, как в молодости, — игриво подмигнула сестра, вызвав у Юры кривоватую ухмылку.
— Дела, Инга. Много работы. Некогда быть клоуном.
— О, я понимаю. Дела. Карьера! Работа — это хорошо, конечно же. И можно быть круглосуточно занятым, как Василина, но всё-таки наступает время, когда нужно немного остановиться. Разве не так? — отложив столовые приборы в сторону, Инга посмотрела на меня как-то странно и неоднозначно. — Тебе же скоро тридцать пять, Вась?
— Тридцать три, — поправила я, стараясь игнорировать очередной подкол сводной сестры.
— Точно! Тридцать три. Ну как я могла забыть. Но всё равно не двадцать. А потому смотрю на вас, ребята, и думаю: у вас такой роскошный, уютный дом, успешный бизнес, причём у каждого, вы так долго вместе. Идеальная пара — не побоюсь этого слова. — Сделав нарочитую паузу, Инга перевела взгляд с Юры на меня: — И всё-таки когда вы меня порадуете племянниками?
Мгновение, и моё лицо загорелось, а в горле застрял противный комок. Это было как прямое попадание в десятку, как соль посыпать на незажившую рану… Конечно же, Инга не знает про наши с Юрой попытки ЭКО, которые все до одной оказались тщетными. Не знает о том, как мы сильно стараемся стать родителями, как постоянно обследуемся, лечимся и вообще, не вылезаем из чёртовых больниц… А может, и знает про всё это (теоретически мама могла проболтаться). Если “да”, то это ещё хуже.
— Инга, это… — сжав зубы, я продолжала смотреть на тарелку, хотя очень хотелось поднять глаза на сестру. Но боялась не сдержаться в порыве сильных эмоций.
— Ну что сразу “Инга”? — продолжила сестра, разводя руки в стороны. — Мы же все свои. И я просто спрашиваю, здесь же нет ничего такого. Кстати, Юра был бы отличным отцом, он такой сильный и надёжный, просто образец идеального мужчины. Вася, а ты почему не ешь? На диете, что ли?
— Инга, Василина не на диете, — в наш разговор вмешался Юра. Его голос звучал тихо, но твёрдо: — И мы сами решим, когда и как нам планировать нашу жизнь. Твои вопросы, как минимум, нетактичны.
— Ой, Юра… Ну что ты сразу нападаешь? Я же не со зла. Просто волнуюсь за вас. Сколько лет вы уже вместе, а детишек нет, — не меняя тона парировала Инга, делая вид, что реакция Юры её огорчила. — И раз вы оба так остро реагируете на эту тему, значит, здесь что-то не так. Может, вы не хотите детей? Или… не можете?
На этот раз я не выдержала, хотя до последнего пыталась контролировать эмоции. Горькие слёзы жгли глаза. Мне казалось, если я сейчас не выйду из гостиной, то начну орать на сестру, чтобы она закрыла свой поганый рот… и больше никогда не говорила на эту тему!
— Инга, хватит, — резко возразил Юра. — Если ты не уважаешь хозяев этого дома, то вон бог — вон порог, — и рукой указал чёткое направление выхода.
Инга моментально изменилась в лице. Её привычная беспечность и игривость сменились на растерянность.
— Юра, ты обижаешь меня. Я же сказала Васе, что у меня украли деньги и документы. Ну куда я пойду на ночь глядя?
— Ну раз так, то закрой свой рот и сиди тихо. У нас был тяжёлый день, мы только пришли в себя, — всё-таки не сдержался всегда спокойный муж, а затем поднялся с места: — На этом ужин закончен, расходимся все по спальням.