— Вот вырастишь, – с угрозой прошипел юный принц. – И я на тебе женюсь.
– Если мой папочка тебе разрешит! – фыркнула младшая леди Тагрэ. – Мамочка, а что у тебя с волосиками? И у этих леди? Это теперь мода такая?
– Можно и так сказать, милая, – напряженно ответила Лили. – А как себя будет чувствовать?..
– Эта леди? – Эда потерла носик. – Не знаю. Но она больше не умирает. Я же ее полечила.
Гор тяжко вздохнул, как будто бы, а его плечах была вся тяжесть мира и взяв юную подружку за руку повел обратно в детские, выговаривая, что одеты они неподобающе, спасать больше никого не надо, а вопросы модных нынче стрижек они обсудят завтра.
Подоспевший придворный целитель подтвердил, что в данный момент леди Энн умирать уж точно не будет. А магическое выгорание, ставшее причиной остановки сердца, успешно устранено. Использование магии, когда блокираторы все еще действуют, пусть и частично, весьма опасно для жизни. Но благодаря слаженным действиям связки некромант-целитель у виконтессы даже появился шанс магию сохранить. Пусть и с некоторой потерей уровня. Хотя, выпускать такой поток чистой силы – совершеннейшее расточительство. Впрочем, учитывая возраст юной леди и нервное потрясение…
Признаков нервного потрясения Эда не выказывала и громко рассуждала о том, что модная стрижка нужна ей прямо сейчас. Зачем ждать до завтра? Ведь завтра мода уже может поменяться. И что тогда делать?
Вокруг суетились слуги и придворные.
Оставив на попечение целителя обеих леди, находящихся без сознания и младенца, кронпринц возвестил.
– Мы идем к королю! Необходимо сообщить ему о преступлениях. Леди Тагрэ, прошу следовать за мной. Его Величество будет нас ждать через четверть часа.
Лили захотелось картинно лишиться чувств, но делать этого по заказу она не умела. А сыграть так, чтобы кто-нибудь поверил, вряд ли смогла бы.
– В таком виде? – спросила она убито.
– Время дорого.
– А моей репутации вряд ли будет нанесен больший урон, чем уже есть? – Женщина зло усмехнулась. – Дайте мне пять минут, зеркало и ваши шейные платки. Отныне они все равно на какое-то время выйдут из моды. После того, как кронпринц перестанет их носить. Господа, поторопитесь. Время дорого.
Ряса монахини состояла из черного нижнего платья со скромным вырезом и длинным рукавом и четной же мантии. Последнее безжалостно полетело на пол. Из одного из кипенно-белых шейных платков Лили сделала пояс. Из второго и третьего – подобие ободка, украсив его серебряной фибулой, снятой с плаща лорда Корна. Остальные ей были небрежно отброшены.
– Не идеально, но лучше, чем было, – констатировала герцогиня, глядя в большое настенное зеркало, а потом вполне невинно поинтересовалась у супруга. – Почему на меня все смотрят так, будто бы я не просто попыталась привести себя в порядок, а как минимум, рассказала неприличный анекдот, присев на коленки Его Высочеству?
– Мы просто удивлены, что хрупкий цветок, которым вы всем казались, на самом деле всегда был стальной лилией.
– Это слишком лестное сравнение с гербом королевской семьи, Ваше Высочество.
– Это то, чего вы достойны в полной мере, – твердо возразил кронпринц.
Лили не стала с ним спорить.
Эпилог
В полной мере стать законодательницей мод герцогине Тагрэ стать так и не удалось. Повторить ее короткую стрижку, которую со сдержанной благосклонностью отметили и королева, и супруга кронпринца, придворные красавицы не решились. Но и неприличной или вульгарной назвать не посмели даже самые бесстыдные сплетники.
Правда, от Эды месяц пришлось прятать все ножницы в доме. Но потом ей подарили белого пони, и о своем увлечении прическами девочка забыла.
А вот белые ободки, украшенные фибулой из черненого серебра, поселились в гардеробе каждой молодой модницы. Ибо Ее Величество подчеркнула, что именно скромность украшает юных леди.
Жизнь текла своим чередом.
Церковь, порядком дискредитированная, открывшимися убийствами и похищениями одаренных зализывала раны. Новый Архиепископ, пришедший на смену прошлому, случайно упавшему с балкона одной из башен столичного храма, проповедовал примирение и призывал к покаянию. Но маги не очень-то ему верили и держались настороженно.