Почти все свои сбережения молодая женщина потратила на первом же постоялом дворе. Нужно было купить теплую еду для дочери плотный шерстяной плед, в который можно было укутать замерзшую малышку.
А когда Эда засыпала, Лили с трудом пробиралась сквозь жуткие формулировки «Адарского уложения» и «Свода гражданских актов». И до рези в глазах всматривалась в приказ его величества.
И даже нашла выход. Вполне приемлемый для обеих сторон. Если ее свиток – точная копия. Если лорд Таргрэ поддержит ее интригу. Если он, вообще, станет ее слушать…
Глава 2
Прибытие в форт Эст, где нес службу адмирал произошло после заката.
Один из сопровождающих передал встретившему их мажордому королевское повеление.
Остальные выгрузили сундук с немногочисленными платьями леди прямо на мостовую, не удосужившись даже занести его под крышу.
Там под проливным дождем он и остался. Вместе с надеждой Лили предстать перед Рианом Тагрэ в чистом платье.
Молодая женщина лишь вздернула подбородок и расправила плечи. Впрочем, виконтессе Линден не привыкать к презрительным взглядам.
Общество предписывает вдовам смиренно принимать свою судьбу. И Лили послушно играла эту роль. Пока это не касалось жизни ее единственного ребенка. Но, несмотря на свою обиду, чувствовала невероятную легкость. Да, ее в очередной раз предали те, кто должен был защищать и заботиться. Однако этим родственники ее покойного супруга оказали неоценимую услугу. Они развязали ей руки. Виконтессе Линден стало нечего терять, кроме дочери. А за нее Лили была готова развязать войну с целым миром. Если этот мир уцелеет после проявления неудовольствия адмирала. Водный маг от новостей, свалившихся на него этим прекрасным осенним вечером, в восторг не пришел.
Они стояли у дверей богато обставленного кабинета адмирала. За окнами мелькали вспышки молнии. А громовые раскаты заставляли Эду вздрагивать, теснее прижимаясь в матери, держащей ее на руках. Шторм, отголоски которого читались в глазах лорда Тагрэ бушевал в море. Внешне же мужчина был спокоен. Он не кричал, не разбрасывал мебель, не требовал вина. И такая сдержанность давала надежду. Но Лили уже не верила в мужское благородство, ожидая, что в любое мгновение его ярость обратится на нее. А раз так, какой смысл испуганно жаться к стенке? Им все равно предстоит этот разговор.
– Милорд, прошу вас уделить мне немного вашего времени.
– Кто вы? – Риан словно бы только заметил хрупкую фигурку, затянутую в бесформенное черное платье.
– Виконтесса Линден. Я мать Эды Линден.
– Сколько вам лет?
– Двадцать два года.
– Тёща, которая на пятнадцать лет младше меня… а у нашего канцлера отменное чувство юмора. Когда же моя невеста достигнет брачного возраста мне будет почти пятьдесят…
– Что написано в вашем письме?
– Вероятно, то же, что и в вашем.
– Читайте. Вслух.
– Надеетесь на помилование? Сволочь, подсунувшая на подпись королю этот указ все рассчитала. Полагаю, у Линденов, кроме этой малышки нет других девочек, более подходящих мне по возрасту.
– Читайте!
– Как вам будет угодно. Я милостию света правитель… титулы опускаем. Вот. В день получения сего повеления Риану герцогу Тагре обвенчаться с леди Линден, принеся нерушимую клятву верности супруге. После чего леди Эда Линден должна быть введена в род Тагрэ.
Лили облегченно выдохнула, что не укрылось от острого взгляда адмирала:
– Чему вы радуетесь? Я последний из ранее многочисленного рода. А законного наследника смогу получить лет через пятнадцать. Если очень повезет. А успею ли я его достойно воспитать?
– Лени королевского писаря. Имя моей дочери указано лишь однажды. Девиц подходящего вам возраста в роде Линден, действительно нет. Но я – тоже леди Линден. Обычно в род вводят супругу, что делает сам брак нерасторжимым. Но ведь ввести в род можно и приемную дочь. Приказ его величества мудр и милосерден. Король не пожелал разлучать мать и дитя. Ведь Эда должна была остаться в семье своего отца.