Пальцы Теи сжали кружку так сильно, что костяшки побелели.
— Здесь я начинала заново. Начинала слышать собственный голос. Вспоминать, кто я есть, после всех его лживых слов, которые годами стирали меня до основания.
Блядь.
Я убью Брэндона Бозмена. И сделаю это медленно.
Я проглотил всю ту ярость, что бушевала внутри, и заставил себя обнять Тею нежно, насколько мог.
— Мы все исправим. Все отстроим заново. И сделаем лучше, чем было.
Тея не отрывала взгляда от теплицы и изуродованного сада. От того, как технари только сильнее все разрушали, топчась по клумбам.
— Это уже никогда не будет таким, как прежде.
Я провел ладонью по ее щеке, осторожно поворачивая лицо к себе.
— Да, не будет. Но это лишь доказывает, насколько ты сильная. Все, через что ты прошла...
В ее глазах блеснули слезы.
— Иногда я не хочу быть сильной. Я устала, Шеп.
Я с трудом сглотнул, в горле жгло.
— Тогда позволь мне понести это за тебя. Хоть немного.
Тея моргнула, будто пытаясь разогнать слезы.
— Хорошо.
— Хорошо.
Она уронила голову мне на грудь, и я обнял ее крепче. Это было слишком. Даже в лучшие дни Тею нужно было уговаривать принять помощь. А сейчас она сдалась без борьбы… Это разрывает меня. Мне не хватало ее упрямства. Ее огня.
Но я держал Тею, будто мог передать ей свою силу, уверенность, защиту.
Среди полицейских машин к дому подъехал черный пикап. Я сразу понял, чего стоило Энсону приехать сюда, несмотря на весь этот балаган. Он вернулся туда, куда зарекся больше не возвращаться. Но все равно приехал. Настоящий друг. Брат.
Первой из машины вышла Роудс. Темно-каштановые волосы разлетались по плечам, пока она мчалась к нам на задний двор. Даже при слабом вечернем свете я увидел тревогу и страх в глазах сестры.
Но на этот раз я не взвалил это на себя. Потому что это были не мои чувства. И я не бросился все исправлять. Потому что знал — ее тревога была подарком для подруги, которую она любит.
Тея выпрямилась, когда Роудс подошла ближе, и я аккуратно взял у нее кружку, поставив ее на столик рядом с шезлонгом. Хорошо, что я это сделал, потому что в следующую секунду Роудс подхватила Тею и крепко прижала к себе.
Роудс долго ее не отпускала, молчала. А потом процедила сквозь зубы:
— Я его убью. Но сначала помучаю. Пару пальцев отрежу. А может, начну с яиц.
— Господи, — пробормотал Энсон, поднимаясь на террасу. — Мне, похоже, придется построить тебе сарай для убийств, Безрассудная?
Роудс метнула в него гневный взгляд:
— Все, что нужно, лишь бы этот урод, это ничтожество, эта блевотная клякса, страдал как следует.
Из Теи вырвался смешок — самый сладкий звук, который я когда-либо слышал. Я ждал, что с этим смехом придет облегчение, но не пришло. Я все еще был на взводе.
— Блевотная клякса? — переспросила Тея, отстранившись от Роудс.
— Подходит. Даже его собственный желудок его не выносит.
Тея покачала головой, но на губах осталась легкая улыбка.
— Спасибо, что ты рядом.
— Пока еще просто рядом. Но вот когда сделаю из Брен-Брена кастрата — тогда уж заслужу золотую звезду.
Тея повернулась к Энсону:
— Ты хоть спишь спокойно? За спиной-то следишь?
Он усмехнулся:
— Еще как. Ни одного шага в сторону.
— Ты отшлепал меня перед всей бригадой сегодня утром, — напомнила Роудс, закатывая глаза.
Энсон только пожал плечами:
— Ты огрызалась. А ты же знаешь, что делают со мной эти твои шорты.
— Господи, да пусть это все закончится, — пробормотал я, поднимаясь.
Тэя снова засмеялась, подошла ко мне и обняла за талию.
— Затычки для ушей?
— Даже наушники с лучшей шумоизоляцией в мире не справятся.
— Прости, Шеп, — пропела Роудс.
— Ни капли не жалеешь.
Она только оскалилась в ответ. Но улыбка тут же исчезла, как только ее взгляд упал на теплицу.
— Я не знала, что все так плохо...
Тея напряглась рядом со мной, и я чуть не выругался. Но сдержался и заставил голос звучать спокойно.
— Мы все восстановим. И сделаем лучше, чем было.
Роудс снова посмотрела на нас, в глазах — беспокойство.
— Я помогу. И ты же знаешь, Данкан даст вам дополнительную скидку на растения.
— Не надо, — покачала головой Тея. — Он не должен...
— Он захочет, — перебила ее Роудс, глядя прямо в глаза. — Это то, что делает семья.
Пальцы Теи сжались на моей футболке. Эти слова задели ее по-настоящему.
— Спасибо, — прошептала она.
Тяжелые шаги послышались на задней террасе, и мы все обернулись — к нам направлялся Трейс. Лицо у него было сдержанным, но я видел, как под ним бушует напряжение.