— Господи, — проворчал Кай из кресла в углу. — Только помни, я не потяну твой залог.
Лолли фыркнула:
— У тебя же модная тату-студия, тебе хватит.
— С твоими темпами расходов — нет, — вмешалась Фэллон, покачав головой.
— Вот зануды. Ни капли веселья, — фыркнула Лолли.
— Я с тобой, — поддержал ее Коуп. — Им всем надо хоть немного поразвлечься.
Взгляд Трейса метнулся к брату:
— Ты про то, как нарушаешь все возможные скоростные режимы на внедорожнике за двести тысяч?
Коуп медленно повернулся на табурете, улыбаясь как дьявол:
— Я бы никогда...
Трейс сузил глаза:
— По словам троих моих заместителей, ты именно этим и занимался. Я велел им в следующий раз арестовать тебя. Будете с Лолли делить камеру.
Лолли подняла ладонь, прося «пятюню», и завыла:
— Живем на полную!
Коуп хлопнул по ее ладони:
— Вот это по-нашему.
Я смотрела, как у Трейса все сильнее прорезаются морщины. Он шутил, но за его словами стояло больше, чем просто усталость.
Зазвонил телефон, и Коуп соскользнул с табурета. Достав телефон из кармана, он сразу изменился. Дьявольская ухмылка исчезла, осталась только тень.
— Надо взять, — пробормотал он и вышел через заднюю дверь.
Трейс смотрел ему вслед, пока дверь не захлопнулась.
Роудс подтолкнула ко мне поднос, который оставила Нора:
— Тебе нужно поесть, чтобы принять лекарства.
Теплота ее заботы — как и всех Колсонов — действовала, как бальзам. Они лезли ко мне в жизнь только потому, что не были равнодушны.
Энсон откашлялся, взглянув на Трейса с пола, где сидел рядом с Ро:
— Есть новости?
Я напряглась, пальцы сильнее сжали тарелку. Последние дни Трейс появлялся редко — он работал без передышки по двум направлениям: Райна и Брендан.
Райна почти ничего не говорила, но Трейс сумел добиться того, чтобы ее отправили в закрытую психиатрическую клинику в соседнем округе, а не в тюрьму. Фэллон тоже помогла — нашла адвоката, который взялся за дело бесплатно. Я была им безмерно благодарна. Они видели за ее поступками боль. Райне не нужно было наказание. Ей нужна была помощь.
Шепу было куда сложнее принять это. Он видел, как я падала. Он тянул меня наверх, в крови и слезах, не зная, успеет ли.
Я поставила тарелку обратно и прижалась к Шепу. Его рука обвила мои плечи, нежно, но я чувствовала напряжение в каждом его мускуле.
Трейс посмотрел на меня, выждал секунду, пока в комнате не воцарилась тишина.
— Сегодня ФБР арестовало Брендана Бозмена прямо на съемочной площадке. Папарацци сняли кучу кадров. Ему предъявили обвинения по семи пунктам — за распространение интимных фото без согласия, двадцати двум — за мошенничество и десяти — за преследование. Одновременно с арестом прошли обыски в нескольких его домах и автомобилях. Изъято все электронное оборудование.
Я застыла. Глаза наполнились слезами. Я сглотнула, пытаясь сохранить самообладание.
— Ты его достал.
Трейс смягчился.
— Мы его достали. Он сядет. Надолго.
— Я свободна, — прошептала я.
Шеп коснулся губами моего виска:
— Ты свободна.
Раздался сигнал — сообщение. Я краем глаза увидела, как Энсон потянулся к телефону. Прочитал и его лицо расплылось в широкой улыбке.
— Меня всегда пугает, когда он улыбается, — пробормотал Кай.
Фэллон хлопнула его по груди:
— Не говори так.
Кай поймал ее за запястье, чуть потянул, усмехаясь:
— А что? Правда же.
Роудс повернулась к Энсону:
— Что там?
Он поднял голову, но смотрел не на нее, а на меня:
— Только что от Декса. Похоже, все деньги с аккаунтов Брендана исчезли за одну ночь. Ему будет тяжеловато оплачивать свою шикарную команду адвокатов.
У меня отвисла челюсть:
— Что?
Энсон только шире улыбнулся:
— И как-то так вышло, что вся исчезнувшая сумма была пожертвована в приюты для женщин и фонды помощи пострадавшим от домашнего насилия по всей стране.
Слезы вернулись. И я даже не пыталась их сдержать.
Шеп откинул одеяло на моей кровати и помог мне устроиться поудобнее. Он не сводил взгляда с моего лица, пока сам не забрался ко мне за спину.
— Как боль?
Я осторожно повернулась к нему.
— Не такая уж и сильная.
Он посмотрел на меня укоризненно.
— Честно, — возразила я. — Но если я сегодня усну, это будет чудо после всего того, чем меня накормили твоя мама и Лолли.
Шеп тихо рассмеялся:
— Так они проявляют свою любовь. Ну, а Лолли еще и с помощью макового чая, видимо.