Роудс бросила взгляд на гостиную — будто проверяя, не подслушивает ли кто.
— С тобой все в порядке? — спросил я, чувствуя, как внутри поднимается новая волна беспокойства.
— Со мной? Все нормально, — быстро ответила она. — Я хотела поговорить о Тее.
Напряжение вернулось, но уже по совсем другой причине. Лицо Теи весь день стояло у меня перед глазами на стройке. Ее неподдельный страх, когда она увидела меня у себя дома. Упрямое желание справиться со всем самой. Я постарался, чтобы голос звучал ровно, почти безразлично:
— Что с ней?
— Она сказала, ты помог ей с протечкой в доме.
Я кивнул:
— Настолько, насколько она позволила.
Роудс прикусила уголок губы:
— Вчера она ходила в Castle Rock Construction.
Я не смог сдержать ругательство. Владелец, Боб, был старой закалки — слегка сексист и абсолютно оторванный от реальности. А его сын? Расс всегда был еще тем экземпляром.
Мы учились в одном классе, и он вел себя как законченный придурок. Особенно по отношению ко мне. В начальной школе обожал называть меня «малышом из коробки» и до сих пор, похоже, не перерос это.
— Только скажи, что она их не наняла. — Castle Rock делали все через пень-колоду и еще и брали втридорога за ту жалкую работу, что все-таки выполняли.
— К счастью, нет, — сказала Роудс. — Кажется, я смогла уговорить Тею позволить тебе помочь.
В теле будто вспыхнул разряд — фантомная энергия, пробежавшая по мускулам.
— Ты уверена? Она даже не пустила меня в дом, чтобы я осмотрел, что там сломалось.
На лице Роудс мелькнула боль, и мне захотелось самому себе врезать. Но она не отступила:
— Я не знаю, что с ней случилось, но она явно от чего-то бежит. Данк платит ей наличкой. У нее нет ни телефона, ни электронной почты.
Во мне сразу все напряглось:
— Ни телефона, ни почты? — Я не знал ни одного человека, у кого не было бы и того, и другого.
Роудс покачала головой:
— Думаю, ей нужен кто-то, кто будет двигаться в ее ритме. Делать все, чтобы ей было комфортно.
В голове пронеслась тысяча версий и ни одна из них не была хорошей. Все они вызывали неприятное, липкое ощущение в животе.
— Шеп? — позвала Роудс.
— Прости, — пробормотал я, выныривая из тяжелых мыслей.
— Ты поможешь ей?
Я сглотнул, пытаясь справиться с комом в горле:
— Конечно.
Но предложить помощь и чтобы Тея ее приняла — две большие разницы. И я не верил, что она скоро впустит меня в свою жизнь. Эта мысль обжигала. Оставляла болезненный след, который я отчаянно хотел залечить. Но первый шаг должна была сделать Тея. А я совсем не был уверен, что она решится.
11
Тея
Раздался громкий грохот, и я вздрогнула, чуть не испортив крем, который как раз окрашивала в нежно-розовый цвет.
Уолтер бросил на меня обеспокоенный взгляд от раковины, где мыл посуду:
— Извини. Все в порядке?
Он просто поставил кастрюлю в мойку — делал так тысячу раз раньше. Но сегодня я едва не устроила себе кремовую маску на лицо.
Неважно, что по дороге домой Саттон рассказала мне о вандалах-подростках и объяснила, что испорченные шины вписываются в их репутацию. Я была на взводе. Постоянно оглядывалась, будто искала угрозу в каждом посетителе. Напряжение не отпускало. Тело отказывалось расслабиться. Мышцы казались не мышцами, а цементом.
Но я все же выдавила улыбку для человека, который всегда относился ко мне как к внучке:
— Все хорошо. Просто плохо спала. Немного не в себе сегодня.
И это было правдой. Я просто не стала озвучивать причины.
Морщинки у глаз Уолтера углубились, когда он прищурился, явно пытаясь меня прочитать:
— Обязательно возьми домой наш травяной чай для сна. Он мне всегда помогает. Только капельку бурбона добавь.
Я усмехнулась, накрывая миску с кремом и ставя ее на станцию украшения Саттон:
— Мне кажется, дело как раз в бурбоне, а не в чае.
Уолтер расплылся в улыбке и вернулся к плите:
— Немного хорошего никогда никому не вредило.
Я уже давно не пила. Хотя жила в Спэрроу-Фоллс почти два года без всяких проблем, я по-прежнему не позволяла себе ничего, что могло бы затормозить мои реакции. Я не имела на это права.
Моей зависимостью были книги. Те, что я находила в комиссионке за пятак или брала в библиотеке по карточке Саттон. Читала все подряд: детективы, фантастику, но особенно обожала истории любви. И у меня было одно жесткое правило — финал должен быть счастливым. В жизни и так достаточно боли. В книгах мне нужно было надеяться.